Нелегальная миграция: чем опасен «кот в мешке»?
24.03.2014 | Камилла АЛИЕВА | 00.01
A
A
A
Размер шрифта:

Проблема трудовой миграции стала актуальна после распада СССР и начала массовой безработицы, которая коснулась наиболее бедных государств Центральной Азии  – Узбекистана, Таджикистана и Кыргызстана. Люди уезжали на заработки в соседние страны –  Казахстан и Россию, в которых наиболее остро ощущалась нехватка трудовых ресурсов.

По данным Федеральной миграционной службы РФ, число кыргызстанцев, уезжающих на заработки в Россию, увеличивается с каждым годом. «В 2013 году более полумиллиона граждан Кыргызстана отправились в Российскую Федерацию на заработки. За год поток граждан, покидающих республику, вырос более чем на 100 тысяч», – сообщил руководитель представительства ФМС в Кыргызстане Владимир Филиппов на круглом столе «Трудовая миграция Кыргызстан 2014: проблемы и перспективы» в Бишкеке».

Далеко не все мигранты трудоустраиваются на новом месте, выправив необходимые документы. Эксперты затрудняются назвать точное количество нелегалов. По некоторым оценкам, число трудовых мигрантов, работающих без разрешения, может достигать 3 миллионов человек ежегодно.

«Из 17,7 миллиона человек, въехавших в Россию в прошлом году, 12,4 миллиона – это люди, приехавшие на работу и на заработки. Первая категория – это те, кто пытался получить патент и разрешение, вторая – те, кто пытался работать незаконно», – заявил глава ФМС Константин Ромодановский на рабочей встрече с Владимиром Путиным в конце февраля с.г.

Недобросовестность работодателей – еще не самая большая беда…

Среди таких нелегалов оказалась и семья Касиет[1]. Ей 27 лет, она замужем и растит троих детей. До недавнего времени вместе с мужем жила в Иссык-Кульской области. Теперь их семья разделена – дети живут у родственников в Караколе (город на южном берегу Иссык-Куля), а Касиет с мужем Анваром с 2011 г. – в Москве. К слову, по данным ФМС России, большая часть мигрантов из Кыргызстана – около 52% осела в Центральном федеральном округе, преимущественно в Москве и Московской области.

Оба выехали нелегально, следуя рекомендации знакомых односельчан. Разрешение на работу и прочие документы оформлять не стали – не было необходимых денег. Ведь для того, чтобы легализоваться при въезде в Москву, нужно иметь на одного человека минимум 58 тыс. рублей.

По закону иностранный гражданин из государств СНГ въезжает Россию в безвизовом порядке, в рамках которого установлен срок временного пребывания до 90 дней. Однако осуществлять трудовую деятельность на территории России иностранцы могут только в случае оформления разрешения на работу или патента. Если же документы не оформлены, мигрант является нарушителем правила пребывания. В этом случае законом предусмотрено применение соответствующих санкций, вплоть до попадания в черный список, согласно которому иностранцу могут запретить въезд на территорию России сроком до трех лет.

Система пресечения нелегальной миграции постоянно совершенствуется. Глава ФМС К. Ромодановский, на прошлой неделе лично принявший участие в одном из рейдов по предприятиям общественного питания Москвы, заявил на этот счет: «Сейчас депутатами внесен законопроект о закрытии въезда иностранным гражданам, находящимся незаконно в России более года, на 10 лет. Сейчас мы закрыли въезд в Россию 645 тысячам мигрантов. Еще 845 тысяч выявлены в этом году. За ними бегать никто не будет, как только они пересекут границу, въехать в Россию не смогут. Работает система учета эффективно: в этом году мы добились снижения въезда мигрантов на 16 процентов, на фоне того, что в предыдущие годы наблюдался 10-процентный рост».

Отсутствие разрешительных документов не только грозит административными санкциями, но и сопровождается социальной незащищенностью: нелегальные мигранты не имеют доступа к медицинским услугам, из-за отсутствия письменного договора с работодателем могут быть необоснованно уволены или лишены заработной платы.

Касиет на себе испытала все трудности, связанные с нелегальным устройством на работу. Поселившись в Москве, она устроилась на место продавщицы в магазине. Там же, где и ее муж подрабатывал грузчиком. По ее словам, знакомая женщина – владелица торговой точки оформила разрешение на работу на имя своей родственницы и предоставила им жилье в подсобке магазина. За такую услугу она «удерживала» половину зарплаты в 16 тыс. рублей.

«Я проработала почти шесть месяцев, а деньги получила только за один. Эта женщина оправдывалась тем, что торговля идет плохо и обещала выплатить всю сумму сразу. Хорошо, что у мужа была еще одна работа, его денег хватало на еду. Когда начались холода, я сильно заболела, а денег не было даже на лекарства. Когда я не могла работать, хозяйка магазина просто выставила нас за дверь, так не за заплатив за пять месяцев», – вспоминает Касиет.

Чтобы отправить жену обратно в Кыргызстан, Анвар занял деньги у своего брата, который тоже работал в Москве. Сейчас Касиет вылечилась и собирается опять поехать к мужу в Москву. «Не хочу повторять тот опыт, но придется. Оформлять разрешение дорого и долго, а долг нужно возвращать. Надеюсь, что теперь повезет больше», – говорит женщина.

Недобросовестность работодателей – не единственная опасность, грозящая нелегальным трудовым мигрантам. Из-за нарушений закона, на которые идут кыргызстанцы, они становятся уязвимы для работорговцев, которых привлекает дешевый труд. Жертвами трафика, как правило, становятся люди, не знакомые с законодательством и стремящиеся заработать большие деньги.

Анара приехала в Бишкек из Джалал-Абадской области в 2011 г., чтобы устроиться на работу. Так как она практически не знала русский язык и не имела образования, хорошую должность в столице не нашла. Сначала устроилась уборщицей в одном из кафе, потом швеей. Практически весь заработок уходил на оплату жилья. Потом знакомая предложила ей работу няни у состоятельной семьи в Москве с зарплатой в 50 тыс. сомов (больше одной тысячи долларов, тогда как средняя номинальная зарплата по Кыргызстану в 2011 г., по данным Национального банка, составляла 7,8 тыс. сомов, или 166 долларов).

Анара, не долго думая, согласилась. После пересечения границы ее встретили посредники, но в Москву девушка не попала. «Меня привезли в какую-то деревню, по дороге забрали документы. Я не знала, где нахожусь, не могла позвать на помощь, хотя сразу поняла, что что-то не так», – вспоминает она. Анаре пришлось работать на ферме, ухаживать за коровами и работать в поле. Деньги ей не платили, сказали, что она «отрабатывает» стоимость билета, проживания и питания. «Долговая яма» – прием, который используют работорговцы, чтобы жертва находилась от них в полной зависимости и, следовательно, практически не имела шансов изменить сове положение.

Прежде чем Анаре удалось сбежать, она прожила в России почти год. Ее депортировали в Кыргызстан по временным документам. После возвращения в Бишкек она прошла реабилитацию в одном из центров для пострадавших женщин. С помощью Международной организации по миграции Анара восстановила документы, но домой не вернулась. Девушка закончила курсы поваров по программе помощи жертвам трудового рабства и устроилась на работу по специальности.

Группа риска

Анара и Касиет попадают в так называемую группу риска – это люди, которые нарушают закон и поэтому становятся уязвимы. Среди других признаков – отсутствие знания законов, неинформированность в отношении своих прав и незнание языка страны пребывания.

Последнее может не только обеспечить некоторую безопасность, но и повышает вероятность трудоустройства иностранных граждан в России. «Кыргызские мигранты, по сравнению со своими коллегами из Таджикистана и Узбекистана, в целом знают русский язык лучше. Трудно сказать, как это влияет на разницу в оплате труда – таких данных у меня нет, но у кыргызов, конечно, больше возможностей найти работу. Сокращение практики использования русского языка в Кыргызстане неизбежно приведёт к тому, что мигранты, которые едут работать и жить в Россию, будут иметь худшие, чем сейчас, возможности на российском рынке труда», – отметил профессор Европейского университета в Санкт-Петербурге, доктор исторических наук Сергей Абашин в интервью одному из интернет-изданий.

По мнению аналитиков, сотрудничество в сфере миграции должно стать одним из приоритетных направлений в отношениях Кыргызстана с Россией. Ведь ежегодные денежные переводы мигрантов на родину составляют около двух миллиардов долларов, что составляет почти треть ВВП страны. Кроме экономических показателей, указывающих на актуальность этой проблемы, остаются и политические мотивы.

«Политик, который начнет решать проблему нелегальной миграции, будет популярен и в России, и в Киргизии. При грамотном решении этой проблемы в первую очередь нужно поднимать вопрос о повышении квалификации трудовых мигрантов. Это позволит работнику получать более высокую зарплату и защититься от недобросовестного работодателя. Профессионала трудно обмануть, его невозможно использовать в качестве раба, так у человека появляются другие альтернативные места заработка. Я вижу решение этой проблемы в создании обучающих программ для желающих работать в России иностранных граждан», – уверен советник директора по вопросам Ближнего Востока и Центральной Азии Института внешнеполитических исследований и инициатив Игорь Панкратенко.

…А пока Касиет, Анвар и сотни тысяч других таких же горемык продолжают оставаться в группе риска.

_____________

Фото – http://boardnews.ru/index.php/proisshestvie/6208-gastarbaitery-migriryut-v-kodeks

 

[1] Все имена героев по этическим причинам изменены.

Теги: миграция 
Рейтинг Ритма Евразии:
0
0
Отправить в ЖЖ Отправить на email
  Число просмотров:1352