Москва вправе ждать от Минска и Астаны поддержки в защите экономических интересов ЕАЭС
25.07.2014 | Юрий ПАВЛОВЕЦ | 00.03
A
A
A
Размер шрифта:

Разразившийся на Украине кризис продемонстрировал, что сегодня практически нет ни одного политика и государственного деятеля, кто бы не стремился заработать на проблемах этой страны. К сожалению, это относится и к российским партнерам по Евразийскому экономическому союзу.

Как известно, одним из основных идеологических инструментов нынешних киевских властителей является соглашение об ассоциации с Евросоюзом. Правда, необходимо напомнить, что даже при нынешнем руководстве страны Верховная рада Украины до сих пор так и не ратифицировала сей документ, а значит, он пока не вступил в действие.

Как бы там ни было, само по себе подписанное соглашение несет серьезную опасность для экономики России и всего ЕАЭС. Существует две категории возможных рисков. С одной стороны, всеобъемлющее соглашение между Киевом и ЕС о зоне свободной торговли подразумевает снятие таможенных пошлин с обеих сторон. Поэтому в Украину хлынет большое количество европейских дешевых товаров, а из-за низкой конкурентоспособности украинские товары будут массово искать себе дорогу на рынки России и стран ЕАЭС, у которых с Киевом подписано свое соглашение о зоне свободной торговли. С другой стороны, появляется опасность того, что Украина может стать каналом реэкспорта. То есть под видом украинских товаров на рынок России хлынут дешевые европейские товары, конкурировать с которыми во многих случаях производители стран ЕАЭС все еще не могут. В дополнение к этому необходимо напомнить, что договор с ЕС противоречит аналогичному соглашению, заключенному Украиной, в рамках СНГ – нестыковки касаются, в частности, санитарных мер, техрегулирования, а также ряда соглашений в зоне свободной торговли.

В этой связи в Москве неоднократно ставили вопрос о введении совместных защитных мер на всем пространстве союза. В частности, 23 июня в Сочи состоялось заседание Совета Евразийской экономической комиссии, где Россия пыталась убедить остальных участников принять ответные меры тарифно-таможенного регулирования. Однако, как оказалось, и у Казахстана, и тем более у Белоруссии на этот счет существует свое мнение. Например, белорусский вице-премьер С. Румас на встрече заявил, что сейчас нет срочной необходимости вводить такие меры, так как еще не изучены возможные последствия данных действий: «Пока невозможно точно оценить угрозу, которая может быть в результате принятия таких решений».

Позицию белорусского руководства подтвердил 10 июля посол Белоруссии на Украине В. Величко. По его словам, пока не наблюдается потока товаров с Украины, в отношении которых следует проводить расследования и проверять их происхождение. Проще говоря, нет оснований вводить ограничительные меры Таможенного союза: «Сегодня никаких изъятий нет. Действует зона свободной торговли». Правда, дипломат все же оставил возможность для будущих маневров, указав, что «когда пойдет беспошлинная продукция, которая будет конкурентоспособной, на рынки Таможенного союза, скорее всего, придется рассматривать вопрос страны происхождения… Если будут договоренности с участниками союза, исходя из заинтересованности трех стран».

Почему официальный Минск, как и Астана, отказываются поддержать Россию в процесс защиты ее экономических интересов? Ответ достаточно прост – у каждой из сторон есть собственная заинтересованность в происходящем на Украине.

Если говорить о Казахстане, то вопросы экономического характера Астану интересуют незначительно. По статистике, за 2013 год Украина занимала одно из последних мест в его внешнеторговой деятельности (около 5%). Поэтому сложившаяся ситуация интересует Н. Назарбаева лишь с точки зрения политики и возможности не дать России единолично контролировать деятельность ЕАЭС. Сложившийся к настоящему времени определенный альянс Астаны и Минска время от времени дает знать Москве, что ее партнеры не желают быть сторонними наблюдателями, а являются серьезными игроками на постсоветском пространстве. К тому же нельзя забывать и о личных амбициях и политическом кредо руководства Казахстана, которое претендует на лидерство во всем Среднеазиатском регионе.

Ситуация же с Белоруссией носит несколько иной характер, хотя и в Минске считают, что местная политическая элита ничуть не слабее российской и имеет такие же возможности, пускай и внутри страны. Существует и ряд других, куда более важных причин несогласия белорусов с политикой Кремля.

Во-первых, устойчивый положительный торговый баланс Белоруссии в торговле с Украиной. В прошлом году республика продала на Украину 2,98 млн. тонн нефтепродуктов на 2,85 млрд. долларов, то есть почти каждый второй литр моторного топлива. В этом году из-за политической нестабильности показатели торговли между странами ухудшились: товарооборот только за первый квартал упал на 260 млн. долларов (12,7%). При этом экспорт белорусских товаров, основу которого составляют нефтепродукты, калийные удобрения и сельскохозяйственная техника, снизился на 49,3 млн. долларов, а импорт украинских товаров, значительной частью которого является растительное масло, зерно и металлопрокат – на 149,9 млн. долларов, или почти на 30%.

Тем не менее в белорусском правительстве продолжают с оптимизмом смотреть на перспективы торговли с Украиной, даже невзирая на подписание Киевом соглашения об ассоциации с ЕС. Во время своего визита в Киев на инаугурацию П. Порошенко белорусский президент заявил о возможном увеличении товарооборота до 15 млрд. долларов, во что, правда, верится с трудом. Однако, как бы там ни было, в Минске не скрывают, что именно плюсы в торговле с Украиной являются одной из главных причин отказа от заградительных мер, которые предлагает Россия. Тем более сегодня, когда в белорусской экономике довольно тяжелая ситуация, а правительство не знает, что делать и откуда брать валюту.

Во-вторых, в случае присоединения к жестким ограничительным мерам уже белорусские производители могут попасть в немилость к украинским властям. Тем более что примеры подобного уже имеются. В конце весны – начале лета Минск фактически без согласования с Москвой довольно серьезно защитился при помощи лицензирования от украинских пива и конфет, которым белорусские производители стали проигрывать местный рынок. В ответ на это в Киеве перешли от обсуждения ответных мер к делу. Вначале была создана межведомственная комиссия, куда, помимо производителей продуктов питания, вошли и представители предприятий химической промышленности и заводов по выпуску шин, что стало серьезным звонком Минску, для которого поставки на экспорт продукции химпрома являются приоритетными. Затем, обвинив Белоруссию в «дискриминационных и недружественных действиях» в отношении кондитерских изделий и пива, в Киеве ввели с конца июля по 31 декабря 2016 года специальную пошлину в размере 55,29% от таможенной стоимости на кондитерские изделия, молочную продукцию, электрические лампы накаливания, удобрения и холодильники. Отдельным решением была введена спецпошлина в размере 60,05% на белорусское пиво, шины и некоторые позиции холодильников. И если большая часть из указанных товарных групп вряд ли серьезно испортят торговый баланс Белоруссии, то в будущем самым болезненным для Минска может быть ввод пошлин на поставку автобусов, грузовиков и сельхозтехники, которые поставлять белорусам в последнее время практически некуда.

К слову, совсем недавно Минский автомобильный завод договорился о поставке для национальной гвардии, участвующей в «антитеррористической операции» в Донецкой и Луганской областях, 44 военных автомобилей повышенной проходимости, в том числе армейских грузовиков для перевозки личного состава и тягачей, способных транспортировать различное вооружение. Общая сумма контракта составляет 39,74 млн. украинских гривен или около 4 млн. долларов, что может стать одной из крупнейших разовых сделок автогиганта в нынешнем году. Поэтому любые ответные заградительные меры со стороны Украины не только серьезно ударят по белорусским производителям, но и ухудшат наполнение местного бюджета, чего в Минске допустить не могут. О моральной стороне сделки там, вероятно, предпочитают не думать.  Выходит по классике: ничего личного – только бизнес.

В-третьих, нельзя забывать и о политическом факторе, особенно на фоне предстоящих в следующем году президентских выборах в Белоруссии. Украинский кризис не только предоставляет прекрасную возможность для формирования PR-кампании нынешнего белорусского руководства внутри республики, но и дает в руки неплохой инструмент для политической торговли с Россией. В Минске продолжают играть с Москвой в игру «ты мне, я тебе», используя в этих целях украинский кризис.

Таким образом, сегодня белорусское руководство смотрит на украинскую проблему через призму прагматизма – если есть возможность заработать, нужно это делать. Именно так оно понимает национальные интересы страны и, в первую очередь, интересы экономики. Правда, белорусам необходимо четко взвешивать все свои риски, так как вероятность переступить черту в отношениях с Кремлем крайне велика.

Видимо, потому в Минске не до конца готовы к серьезным спорам с Москвой, и белорусское правительство стремится оставить за собой пути отступления. Белоруссия, как уже указывалось выше, не стала торопить введение ответных торговых мер, но не исключает их в будущем по определенным отраслям и товарам, при наличии соответствующих обстоятельств и доказательств. При этом и Минск, и Астана решили посмотреть на то, что сперва будет делать Россия, когда украинско-европейская ассоциация начнет работать.

Похоже, в Москве уже решили продемонстрировать партнерам свою решительность. В рамках ЕАЭС решение о введении ответных торговых мер в отношении третьей страны принимаются Евразийской экономической комиссией после проведения специального расследования, которое должно установить, что импорт товара на таможенную территорию объединения осуществляется в таком возросшем количестве и на таких условиях, что это причиняет серьезный ущерб какой-либо отрасли экономики государств-членов или создает ей угрозу. Однако, согласно ст. 40 Договора о ЕАЭС и Приложения 6 к Договору о зоне свободной торговли в СНГ, Россия, как и другие страны, подписавшие данные документы, может и в одностороннем порядке в качестве ответных мер применить повышенные по сравнению с Единым таможенным тарифом ставки ввозных таможенных пошлин в отношении украинских товаров. Дополнительно к этому в рамках Всемирной торговой организации российская сторона может поднять ставки в соответствии с режимом «наибольшего благоприятствования» в среднем до 9,4%, в результате чего Украина может потерять до 15% от общего объема своего экспорта и понести ущерб в размере 8-9 млрд. долларов США. Заградительные меры могут выразиться и в усилении таможенного контроля, который значительно удорожит стоимость ввозимого товара и поставит по угрозу его сохранность. Последнее особенно касается таких украинских товарных групп, как черные металлы, сахар и кондитерские изделия из сахара, готовые продукты из мяса, рыбы, ракообразных и моллюсков и др.

Как видно, Россия может самостоятельно защитить собственный рынок от товаров с территории Украины. Более того, даже если в будущем экономическую комиссию не удовлетворят обоснования Москвы о необходимости введения ограничительных мер в отношении ряда украинских товаров, то Россия, согласно Договору о ЕАЭС, все же может ввести их в одностороннем порядке, правда, на срок не более шести месяцев. И на протяжении этого периода Белоруссия и Казахстан должны будут предпринять усилия по недопущению ввоза соответствующих украинских товаров на территорию РФ. Видимо,  поэтому российская позиция на переговорах со своими партнерами была относительно мягкой, а первый вице-премьер РФ И. Шувалов и вовсе спокойно заявил, что после отказа Белоруссии и Казахстана от совместного введения пошлин в отношении украинских товаров правительство РФ получает возможность самостоятельно применять меры таможенно-тарифного регулирования.

___________

Фото – http://www.regnum.ru/showpicture/?id=1824715&pic=1

Рейтинг Ритма Евразии:
1
0
Отправить в ЖЖ Отправить на email
  Число просмотров:594