Налоговый маневр в «нефтянке»: лицо и изнанка
10.10.2014 | Юрий ПАВЛОВЕЦ | 00.02
A
A
A
Размер шрифта:

Как известно, в начале октября нынешнего года белорусский парламент приступил к рассмотрению проекта закона о ратификации договора о Евразийском экономическом союзе, который  был подписан главами России, Белоруссии и Казахстана 29 мая в Астане. Несмотря на то, что основные положения договора уже неоднократно были согласованы сторонами, а перспективы его реализации весьма заманчивы для Минска, белорусские парламентарии изначально довольно скептически отнеслись к необходимости его ратификации. В кулуарах звучали сомнения в том, что интеграционный документ соответствует национальным интересам.

Например, депутат Палаты представителей Н. Иванченко, выступая на заседании постоянной комиссии по международным делам, заявил, что «сама идея великолепная, но то, что сегодня возникают заковырки перед подписанием договора, вызывает лично у меня большую тревогу». По его словам, «сейчас выкатывается налоговый маневр… настораживает то, что в договоре и в соответствующем приложении указаны возможности появления таких вот закорючек аж до 2025 года». А председатель Палаты представителей В. Андрейченко и вовсе открыто заявил, что «у нас есть определенные проблемы с ратификацией евразийского договора»: «Необходимо, чтобы до ратификации такие вопросы были сняты. Поэтому надо ехать в Москву, нужно решать, и тогда депутаты договор поддержат».

Главной причиной подобного поведения, которое не чем иным, как открытым шантажом назвать сложно, является готовящийся в России налоговый маневр в нефтяной отрасли, который грозит белорусам серьезными денежными потерями. С одной стороны, позиция депутатов полностью отражала позицию главы Белоруссии, который поручил народным избранникам в процессе рассмотрения евразийского договора «стоять на страже наших интересов». Игнорировать посыл президента никто и никогда в белорусском парламенте не стал бы. Однако, с другой стороны, подобное поведение Минска свидетельствовало об одном – белорусская сторона вновь начала торговаться с Россией: ратификация евразийского договора в обмен на возмещение Белоруссии финансовых потерь, связанных с налоговым маневром.

И, похоже, белорусская настойчивость возымела свое действие. 8 октября буквально за день до официального начала рассмотрения проекта закона о ратификации договора, после длительных переговоров в Сочи белорусской делегации во главе с премьер-министром М. Мясниковичем и российской – во главе с Д. Медведевым было достигнуто соглашение: пошлины от экспорта нефтепродуктов, произведенных из российской нефти, в 2015 году будут полностью зачисляться в бюджет Белоруссии. По словам вице-премьера России А. Дворковича, «была договоренность, что 1,5 миллиарда зачисляются в белорусский бюджет, остальное – в российский, а теперь все».

Премьер-министры двух стран согласовали схему компенсации потерь Белоруссии от налогового маневра России в нефтяной отрасли

После этого заявления в Минске многие вздохнули с облегчением, так как формально у белорусов появилась возможность заработать на перепродаже нефти и нефтепродуктов не менее 2,5 млрд. долларов США, если, конечно, Россия действительно поставит в следующем году обещанные 23 млн. тонн нефти.

На следующий день поле объявления о соглашении депутаты Палаты представителей на своем заседании единогласно (98 голосов) ратифицировали Договор о создании ЕАЭС. Более того, представляя законопроект, член Совета Евразийской экономической комиссии от Белоруссии С. Румас даже отметил, что договор позволяет выйти на качественно новый уровень сотрудничества между странами – его участниками: «Договор создает благоприятную основу для нового этапа интеграции, создания качественно нового рынка товаров и услуг».

Правда, парламентарии все же сделали оговорку о том, что Белоруссия ратифицирует договор о ЕАЭС и обязуется добросовестно его выполнять «при условии, что к этому моменту на трехсторонней или двусторонней основе будут достигнуты конкретные договоренности о снятии барьеров, ограничений и изъятий в торговле отдельными видами товаров и оказании отдельных видов услуг, в первую очередь в отношении энергоносителей, продукции сборочных производств, либерализации автомобильных перевозок и других чувствительных позиций».

Однако, несмотря на эйфорию, царящую сегодня в Минске, говорить о том, что теперь все проблемы белорусской экономики решены, нельзя. В первую очередь, необходимо отметить, что сам по себе нефтяной вопрос никогда не сходил с повестки дня двух государств – ни в период существования белорусского нефтяного офшора, ни после него. Связано это, в первую очередь, с тем, что экономическая модель страны полностью завязана на поставках дешевых энергоносителей из Российской Федерации. Более того, сырая российская нефть является фактически единственным источником существования всего нефтеперерабатывающего комплекса республики, который, в свою очередь, играет существенную роль в экономике страны. Два белорусских нефтеперерабатывающих завода – новополоцкий НПЗ (ОАО «Нафтан», Витебская область) и ОАО «Мозырский НПЗ» (Гомельская обл.) совместно с «Беларуськалием» являются главными донорами белорусского бюджета. Так было двадцать лет назад, так продолжает оставаться и сегодня.

При этом необходимо напомнить, что еще на протяжении 1990-х – начала 2000-х Белоруссия использовала проблемы России и неурегулированность двухсторонних отношений в собственных интересах. Например, после официального подписания в 1995 году соглашения о разделе таможенных платежей при экспорте с территории Белоруссии нефтепродуктов, выработанных из российского нефтяного сырья, Минск, играя на благосклонном к себе отношении со стороны Б. Ельцина, полностью проигнорировал указанное соглашение, а в 2001 году, уведомив российскую сторону, и вовсе официально разорвал его. К тому времени, когда в Кремле решили всерьез взяться за решение нефтяного вопроса, белорусская нефтепереработка уже несколько лет не испытывала серьезных проблем с загрузкой: два белорусских НПЗ занимались активной переработкой российской нефти и экспортом нефтепродуктов в страны Европы, что не только обеспечивало (и продолжает обеспечивать) занятость нескольким десяткам тысяч человек, но и служило источником серьезных валютных доходов.

12 декабря 2006 года в Москве приняли решение применять в отношении сырой нефти, а также сырых нефтепродуктов, вывозимых с территории России в Республику Беларусь, ставки экспортных таможенных пошлин, утвержденные постановлением от 16 ноября 2006 года. Тогда это было обосновано «защитой экономических интересов Российской Федерации» с учетом расторжения Белоруссией соглашения о порядке распределения и зачислений в союзные бюджеты вывозных таможенных пошлин на экспортируемую белорусскими предприятиями продукцию, изготовленную из российского сырья, от 12 мая 1995 года. После этого на протяжении последующих нескольких лет между двумя странами шла непрерывная торговля: Минск хотел возобновить свой нефтяной офшор, который приносил не менее 3 млрд. долларов ежегодно, а Россия использовала данный вопрос как инструмент давления на несговорчивого белорусского президента.

В конце концов, после создания Единого экономического пространства было подписано нефтяное соглашение, которое урегулировало вопрос с поставками нефти в Белоруссию на три года. Однако и здесь белорусы решили схитрить – конец 2011 и весь 2012 год ознаменовался превращением страны в мирового «лидера» в области поставок растворителей, разбавителей для лаков и красок и смазочных материалов, которые пошлинами не облагались (сумма поставок – около 2-2,5 млрд. долларов, что больше поступления от продажи калийных удобрений и молочных продуктов). После раскрытия и этой схемы наступило затишье, так как Минск, скрепя сердце и надеясь на Договор о создании ЕАЭС, согласился перечислять в российский бюджет пошлины от продажи нефти и нефтепродуктов. Единственным достижением для него стало соглашение, достигнутое в 2014 году, о том, что Россия позволит оставлять в бюджете республики 1,5 млрд. долларов от экспортных пошлин. Однако и эта радость была недолгой, так как в Москве все же решили осуществить давно задуманный налоговый маневр в нефтяной области, что означает фактически нивелирование потерь для российской стороны и существенные потери для белорусской.

Дело в том, что предполагаемый российским руководством трехлетний маневр – это снижение экспортных пошлин и акцизов на нефть и одновременное повышение НДПИ (налога на добычу полезных ископаемых). При этом правительство РФ давно готовило налоговую реформу. За время подготовки несколько раз менялись детали маневра, но суть осталась одна – для создания единого рынка нефти и нефтепродуктов в Таможенном союзе Россия идет на резкое снижение экспортных пошлин на нефть (примерно до уровня Казахстана – 80 долларов за тонну, а сейчас – примерно 385 долларов за тонну). Естественно, для бюджета РФ это чревато падением валютной выручки. Например, только в прошлом году нефтегазовые доходы составляли около 51% федерального бюджета России. Поэтому, чтобы компенсировать потери, она готова резко повысить НДПИ: например, на нефть с 2015 года до 765 рублей за тонну (действующая ставка – 530 рублей за тонну), с 2016 года – до 856 рублей, а с 2017 года – до 918 рублей.

Все это означает, что повышение НДПИ автоматически увеличит цену на нефть как в России, так и в Белоруссии. По подсчетам экономистов, минимальные потери Минска от маневра могут достигнуть в 2015 г. 250 млн., в 2016 г. – 300 млн., в 2017 г. – 370 млн. долларов. А белорусский президент и вовсе заявил, что потери могут составить более 1 млрд. долларов, правда, не указав, на чем данная цифра основывается: «Это ненормально: не успели ввести в действие договоренности, здесь их отменяем фактически другой рукой, и в результате Беларусь может потерять огромную сумму средств, более 1 млрд. долларов». Вероятнее всего, белорусский лидер основывался на недавнем утверждении замминистра финансов РФ С. Шаталова, который назвал сумму компенсации потерь белорусскому бюджету от налогового маневра в 1,5 млрд. долларов «более чем достаточной».

Необходимо отметить, что нынешняя «победа» Минска вряд ли поможет как белорусской «нефтянке», так и экономике в целом. Необходимо понимать, что последствия российского налогового маневра в нефтяной отрасли приведут к снижению эффективности белорусских НПЗ. По предварительным оценкам, убытки при переработке нефти могут составить до 50 долларов на каждой тонне. А если учитывать, что на сегодняшний день прибыльность переработки нефти на мозырском НПЗ составляет 37 долларов на тонне, а на «Нафтане» – около 9 долларов (последний вынужден заниматься перекрестным субсидированием, поставляя сырье по низким ценам для всей нефтехимии страны), то становится ясно, что белорусской «нефтянке» грозят тяжелейшие времена.

Более того, Россия, в отличие от белорусов, готова поддержать свои заводы через определенную компенсацию убытков, а Минфин РФ предлагает в 2017 году практически в 2 раза снизить акцизы на нефтепродукты от уровня 2014 года, что позволит ограничить рост цен на них на внутреннем рынке в размере не более 1,5 рубля в год. Это означает, что белорусские нефтепереработчики в скором времени не смогут серьезно конкурировать с российскими предприятиями или будут вынуждены снижать цены. Тем более что по договору Белоруссия обязана поставлять в Россию ежегодно несколько млн. тонн автомобильного топлива, что уже в ближайшем будущем может стать крайне невыгодным для белорусских НПЗ.

Нельзя забывать и том, что из-за невозможности компенсировать повышение стоимости сырой нефти Белоруссии придется пережить очередной рост цен абсолютно на все, что в нынешних условиях приведет местную экономику к серьезному кризису. Да и рассчитывать на сохранение поступлений валюты в бюджет от перепродажи нефти и нефтепродуктов на западный рынок также не приходится, так как один из главных потребителей белорусской нефти Украина вряд ли в обозримом будущем сможет сохранить уровень потребления прошлых лет. Если прибавить к этому, что после увеличения цены на нефть белорусам придется резко сокращать экспортные пошлины, чтобы оставаться более или менее конкурентными на нефтяном рынке, то получается, что ни о каких 2-3 млрд. долларов поступлений в следующем году говорить не приходится.

Исходя из этого, с полной уверенностью можно говорить о том, что решение разрешить Минску оставлять у себя нефтяные пошлины является совсем небольшой уступкой Кремля и не имеет решающего значения для двухсторонних отношений. Это, скорее, демонстрация доброй воли по отношению к руководству республики.

_________

Фото – http://провэд.рф/index.php?option=com_k2&view=item&id=18771:possiya-i-belopussiya-soglasovali-sistemu-kompensatsiy&Itemid=354

Рейтинг Ритма Евразии:
0
0
Отправить в ЖЖ Отправить на email
  Число просмотров:761