Москва–Ташкент: партнерство выходит из двухстороннего формата
17.12.2014 | Алексей ЧИЧКИН | 00.01
A
A
A
Размер шрифта:

Договор об углублении экономического сотрудничества между РФ и Узбекистаном, недавно подписанный в Ташкенте, существенно укрепляет политико-экономические позиции России в регионе и, конечно, выгоден также Узбекистану. Тем более что он будет первой страной, участвующей в зоне свободной торговли (ЗСТ) с Евразийским экономическим союзом, который заработает уже с января наступающего года.

Всё это важно и в плане политической географии, ибо Узбекистан, можно сказать, -  «центровое» государство в Среднеазиатском регионе. Политика Ташкента оказывала и продолжает оказывать существенное влияние на все соседние с ним страны. А по своему финансово-экономическому потенциалу страна вполне может «поспорить» опять-таки со всеми своими соседями. И соответственно, то, что упомянутые факторы не будут работать против интересов России в регионе, – стратегически важно для обеих сторон.

В ходе состоявшегося 10 декабря визита Владимира Путина в Ташкент на встрече с Исламом Каримовым было заявлено о готовности провести консультации по созданию зоны свободной торговли между Узбекистаном и ЕАЭС

Заметим в этой связи, что США и Запад в целом прикладывали немало усилий, чтобы Узбекистан не развивал политико-экономические связи с Россией. Ташкенту извне намекали на «неосоветский колониализм» Москвы, на якобы оказываемую ею поддержку узбекистанской оппозиции и каракалпакским сепаратистам. Намекали и на то, что Таможенный союз, особенно с включённой в него Киргизией, будет дополнительным рычагом давления на Узбекистан; отговаривали Ташкент от участия в зоне свободной торговли СНГ (к ней Узбекистан первоначально присоединился в 2011 г.).

В этом контексте неудивительно, что здесь до недавнего времени была военная база США (в Ханабаде), функционировавшая под ширмой антитеррористической операции НАТО в Афганистане. Доходило даже до того, что американские и другие западные компании смогли в середине 1990-х – начале 2000-х гг. переправлять узбекистанский хлопок-сырец (основной экспортный товар Узбекистана) в Россию через карибско-центральноамериканские «офшорные» территории США и Великобритании...

Провинции и железные дороги Узбекистана

Но одновременно с помощью спецструктур Запада, поныне действующего в «прагматическом» союзе с ультраисламистскими группировками, совершались попытки политических терактов, свержения руководства Узбекистана, провоцирования местных сепаратистов или ультраисламистов на более активные действия. А сравнительно недавние эксцессы в ряде районов Киргизии против проживающих там узбеков (в 2010-2011 гг.), как показали расследования узбекистанской стороны, были опять же связаны с работой западных и ультраисламистских спецслужб. Однако решительная, бескомпромиссная позиция Ташкента по защите соотечественников и в целом  по отстаиванию национально-государственного суверенитета не могли не привести к ослаблению влияния США в этой стране. И, соответственно, к её дальнейшему сближению с Россией, ШОС и Таможенным союзом.

Здесь также важны ещё два момента. Во-первых, президент Ислам Каримов в ходе сессии глав государств стран-участников ШОС в Душанбе в сентябре 2014 г. – единственный среди своих коллег из стран ШОС (!) – заявил, что «кризис на Востоке Украины и в целом вся украинская ситуация не могут обсуждаться и решаться без учета мнения и интересов России. Любые иные «варианты» приведут к эскалации напряженности и к ещё худшим последствиям для местного населения. А методы санкций в этих вопросах неуместны и, более того, угрожают эффектом бумеранга». И во-вторых – Узбекистан, несмотря на всевозможные попытки Запада, фактически отказался (как, напомним, и Туркменистан) участвовать в проектах поставок нефти и газа из Средней Азии – в обход России – в страны ЕС[1].

Уже только эти факторы показывают, что всё более реальное, активное стратегическое партнерство РФ и Узбекистана укрепляет наряду с российско-узбекистанскими отношениями и позиции Евразийского экономического союза в регионе. А эта тенденция, в свою очередь, важна и для внутриполитической стабильности Узбекистана, и для его взаимоотношений с Киргизией.

Нелишне напомнить, что в свое время Российская империя весьма успешно и, можно сказать, точно выстроила свои взаимоотношения с автономными от неё Бухарским эмиратом и Хивинским ханством: последние не только смогли воспользоваться трехсторонним режимом взаимовыгодной свободной торговли, но с середины 1880-х стали и стратегическими военно-политическими союзниками России, в том числе в Первой мировой войне. Что не позволило Великобритании превратить обширный среднеазиатский регион в плацдарм для антироссийских проектов.

Что же касается дня сегодняшнего и обоюдных двухсторонних выгод от участия в ЗСТ СНГ, то отметим, что она фактически восстанавливает общее экономическое пространство на большей части территории экс-СССР, предписывая отменить пошлины и другие ограничения в торговле и капиталовложениях между странами-участницами.

Договор позволит восстанавливать прямые межотраслевые связи между предприятиями и регионами этой зоны. Кстати, именно такие связи были стержневым фактором экономики практически всех союзных республик. Потому что взаимные поставки сырья, топлива и электроэнергии, полуфабрикатов, готовой продукции, как и производственных технологий, обеспечивали социально-экономическую стабильность всех республик СССР. Разрыв этих связей по сей день негативно сказывается на их внутреннем положении. Тем более что попытки теперь уже постсоветских стран найти свои ниши на мировом рынке, обещанные Западом ещё в 1991 г., успехом по большому счёту не увенчались – за исключением экспорта сырьевых товаров, особенно нефтегазового сырья...

 В этой связи напомним, что Узбекистан юридически «вернулся» в ЗСТ СНГ 30 декабря 2013 г., когда И. Каримов подписал соответствующий закон.

Тем временем постсоветская продукция, как показывает практика, имеет стабильный, причем долговременный спрос только на пространстве бывшего СССР. А пример российско-белорусской промышленно-технологической кооперации демонстрирует преимущества восстановления и развития межотраслевых связей по всему СНГ (благодаря упомянутой кооперации, мощности большинства белорусских отраслей загружены минимум на 75%, а задействованных в той же кооперации российских предприятий – на 70-75%, против 55-65%-ной загрузки промышленных мощностей в среднем по РФ). И, в частности, в российско-узбекистанской торговой и производственной кооперации, по предварительным экспертным расчетам, смогут участвовать до 150 предприятий с обеих сторон.

В рамках зоны свободной торговли с ЕАЭС общий объем торгового обмена между странами-«подписантами» увеличится, по многим экспертным прогнозам, более чем вдвое. Если точнее, у всё большего числа предприятий тех же стран не будет проблем со многими видами сырья, полуфабрикатов, комплектующих, как и со сбытом своей продукции внутри СНГ. Что, в свою очередь, позволит, по крайней мере, не сокращать загрузку национальных производственных мощностей. А это наверняка приведёт к существенному сокращению оттока рабочей силы и квалифицированных кадров из многих стран СНГ в Россию. То есть налицо и крупный социальный эффект от развития упомянутых взаимосвязей внутри Содружества.

Плюс к тому снятие ограничений на поставки из Узбекистана и других стран-«подписантов» в РФ хлопка, шерсти, кожсырья, а также плодоовощного, мясного, другого сырья, как и продуктов переработки сырьевых товаров, может сократить импорт Россией аналогичной, подчеркнём, более дорогостоящей продукции из дальнего зарубежья минимум на треть.

Пока Россия лишь замыкает шестерку стран, куда из Узбекистана идут наибольшие поставки хлопка-сырца, а когда-то была первой…

 Впрочем, договор о ЗСТ регламентирует не вообще свободную торговлю, а именно зону свободной торговли. То есть сперва ограничения снимаются примерно на треть взаимного товарного ассортимента стран-«подписантов». Затем на другие товары ограничения будут отменяться поэтапно. Такой порядок снятия торговых барьеров направлен на то, чтобы какая-либо ввозимая продукция не подавляла своими ценами и/или объемами развитие ее производства в стране, ввозящей эту продукцию из других стран ЗСТ.

«Экономическая стабильность, высокий спрос на современные технологии, кооперационные проекты и на прямые инвестиции в регионе ТС – пожалуй, главные стимулы формирования зоны свободной торговли ТС с другими государствами. В свою очередь, интеграционный опыт Таможенного союза не может не «притягивать» к себе страны не только ближнего, но и дальнего зарубежья», – считает Роберт Абдуллин, президент Международной организации кредиторов. Тем более что «три года работы Таможенного союза показали его выгодность для всех стран-участниц. Только за эти годы общий товарооборот между странами ТС вырос более чем на треть, а к 2016-2017 гг. он увеличится самое меньшее наполовину в сравнении с 2010 г., – отмечает вице-президент Торгово-промышленной палаты РФ Георгий Петров. – Схожие темпы роста торговых связей будут характерны для зоны свободной торговли СНГ. А всё это – и рост загрузки предприятий, и стабильные рабочие места в регионе Содружества, и развитие кооперационных связей между ними».

Словом, очевидны долговременные стратегические выгоды России и Узбекистана в связи с развитием их сотрудничества – не только двухстороннего, но также в рамках СНГ, ЕАЭС и ШОС. Немаловажно и то, что такая тенденция приведет к существенному улучшению узбекистано-киргизстанских отношений. А это позволит ускорить реализацию с участием России крупных гидроэнергетических проектов в Киргизии, значимых также для Узбекистана и Казахстана.

________________

Фото – http://kommersant.ru/doc/2630086

 

 

[1] Важным свидетельством развивающегося политико-экономического сближения наших государств является  и тот факт, что Узбекистан – в числе стран-инвесторов в экономику российского Крыма.

(http://www.stoletie.ru/fakty_i_kommentarii/zarubezhnyje_investory_rvutsa_v_krym_783.htm)

Рейтинг Ритма Евразии:
0
0
Отправить в ЖЖ Отправить на email
  Число просмотров:1519