Россия и Иран: шаг к стратегическому партнерству
04.05.2015 | Николай УСТИМЕНКО | 00.01
A
A
A
Размер шрифта:

Россия сняла запрет на поставку ракетных систем С-300 в Иран, действовавший с июня 2010 г. Соответствующий указ 13 апреля подписал Владимир Путин. Свое решение российский президент объяснил прогрессом на переговорах «шестерки» и Тегерана и отметил, что «теперь, когда продвижение на иранском ядерном треке очевидно положительно, мы не видим оснований дальше в одностороннем порядке держать этот запрет».

Спустя всего три дня после этого решения, Иран устами своего министра обороны Хоссейна Дехгана, находившегося в Москве, призвал Индию, Китай и Россию развивать военное сотрудничество для противодействия НАТО.

Англосаксонский «набат»

В США бьют тревогу. CNN сообщает: «Белый дом намеренно преуменьшил роль поставок С-300 Ирану, пытаясь сохранить хорошую мину при плохой игре». Американский конгрессмен Эд Ройс считает, что «на переговорах и Иран, и Россия все время одерживают верх над администрацией [Обамы]» и призывает вести политику, «сдерживания» по отношению к Москве и Тегерану. Он напоминает, что поставки С-300 противоречат американскому законодательству и «Соединенные Штаты должны наложить санкции на Россию, если та передаст оружие Ирану».

Британское издание The Economist в статье с хлестким названием «Прицельный удар Путина» более подробно разъясняет опасения Запада. Английские журналисты замечают, что «Россия начинает играть более значимую стратегическую роль на Ближнем Востоке, тогда как США постепенно выходят из игры» и удивляются способности Москвы «выступать в роли помехи для реализации американской стратегии», несмотря на экономическое давление со стороны Запада. Отдельное недовольство в «The Economist» вызывает то, что «Россия, вероятнее всего, рассчитывает получить свою долю экономического вознаграждения в Иране, как только будут сняты санкции».

Американская Washington posнапоминает, что Иран входит в первую двадцатку крупнейших экономик мира, немного уступая Турции и опережая Австралию. В издании полагают: как только договоренности с Тегераном будут подписаны, среди потенциальных инвесторов «начнется серьезная конкуренция за долю в различных отраслях экономики страны». «Неофициальные делегации из многих европейских стран и компаний уже приезжают в Иран в ожидании снятия санкций», – цитирует председателя президиума Совета по внешней и оборонной политике Федора Лукьянова Washington post. По мнению экспертов, опрошенных газетой, как только договор по ядерной программе будет подписан, между Ираном и Россией последует заключение целого ряда контрактов. Логика проста. «Мы не хотим быть последними в списке новых участников торговли [с Ираном]», – приводит слова депутата Госдумы Андрея Климова американское издание.

Отмена Москвой запрета на поставки С-300 открывает путь и для других направлений для взаимодействия с Ираном по линии ВТС

Точки соприкосновения

Запад беспокоится не напрасно. $800-миллионный контракт на продажу С-300 может оказаться лишь первым шагом в интенсификации деловых контактов между Россией и Ираном, в первую очередь в сфере обороны. Российский МИД уже заявил, что Москва видит отмену оружейного эмбарго в качестве первого шага по ослаблению санкций после подписания договора по ядерной программе.

Председатель комитета Госдумы по обороне Владимир Комоедов говорит прямо: «Решение по отмене запрета на поставки С-300 открывает путь и для других направлений для взаимодействия по линии ВТС».

Такие направления имеются. Москва уже продавала Ирану подводные лодки 877-КМ проекта «Варшавянка». «Мы можем поставлять туда наши ракетные катера и малые корабли, оснащенные новейшими ракетными системами. Это, естественно, поставки другой техники для зенитно-ракетных войск. Российские танки и самоходные гаубицы также очень интересны Ирану», – отмечает эксперт. Учитывая, что парк истребителей у Тегерана серьезно устарел, «получение самолетов СУ-30 МКИ, СУ-30 МКА, МиГ-29 последних модификаций Ирану было бы очень к месту».

Еще одно направление сотрудничества – совместная подготовка войск, предусматривающая учения в бассейне Каспийского моря. Особенно актуально это может стать в контексте защиты от угроз ИГИЛ и «Талибана» на Ближнем Востоке и Средней Азии. Не стоит забывать, что приобретая оружие или часть технологий, Иран, по сути, покупает оборону страны «под ключ», включая ремонт, модернизацию, обучение и сопутствующие поставки. Подобное сотрудничество обречено стать долгосрочным и сулит российскому ВПК многомиллиардные заказы.

Впрочем, не оружием единым исчерпывается российско-иранский потенциал. Президент «Объединенной авиастроительной корпорации» Юрий Слюсарь считает, что ослабление санкций против Тегерана позволит реанимировать прежние договоренности по поставкам гражданских самолетов Ту-204СМ и наладить их сборку на территории Ирана. В планах российских производителей продавать исламской республике до пяти авиалайнеров в год.

Наконец, Россия приступила к реализации бартерной сделки под названием «нефть в обмен на товары», которая давно обговаривалась. Иран не раз акцентировал свои потребности в зерновых, бобовых и масличных культурах, продукции машиностроения, металлургии, деревообрабатывающей промышленности, а Москва – в заинтересованности обмена данной продукции на персидские углеводороды.

Объем договора предварительно оценивается в 180 млн. баррелей в год, или около $11 млрд. в текущих мировых ценах. При этом в РФ иранская нефть физически попадать не должна, речь идет о своповых поставках, которые пойдут из Персидского залива в Индию и Китай. Сейчас Тегеран уже получает от России зерно, некоторые виды техники и стройматериалы.

Что касается нефти, то в экспертной среде доминирует мысль, что снятие санкций с Ирана создаст избыточное предложение на мировом рынке и обрушит биржевые цены, что в конечном итоге сыграет против России. Хотя подобного сценария Москва едва ли сможет избежать, заранее посыпать голову пеплом не стоит. «Когда санкции в отношении Ирана будут окончательно отменены, допобъемы в любом случае начнут поступать на рынок, независимо от того, примет ли в этом участие Россия или нет, – считает профессор Высшей школы экономики Николай Петров, – и если РФ не может это остановить, то наиболее разумным шагом будет возглавить этот процесс».

Выход иранской нефти на мировой рынок – это хороший стимул для России уйти от сырьевой зависимости и развивать высокотехнологичные отрасли экономики, которые, безусловно, есть. Как мы видим, возможности для этого представляются очень масштабные.

С другой стороны, у Тегерана тоже есть что предложить России. В конце февраля были парафированы ветеринарные сертификаты на поставку из Ирана яиц, мяса, мясного сырья, а в начале марта предприятия исламской республики стали продавать в Россию рыбу и морепродукты. Ежегодный потенциал таких поставок Россельхознадзор оценивает в 100 тыс. тонн. Кроме продуктов животного и морского происхождения, Тегеран увеличивает поставки овощей и фруктов, открыв транзитный коридор через Каспий. Особенно актуальными эти планы становятся в условиях российских продовольственных контрсанкций.

Инфраструктурная революция на Каспии

Только за последние 10 лет товарооборот между странами Каспийского региона увеличился в шесть раз, и потенциал отнюдь не исчерпан. Эксперты уверены, что прикаспийская железная дорога, соединяющая Казахстан, Туркмению, Иран, Азербайджан и Россию в единое стальное кольцо, могла бы увеличить взаимную торговлю не в 6, а в 8-10 раз. Проект ее создания утвержден министрами транспорта всех пяти стран еще прошлой осенью и должен быть завершен к 2018 г.

По иранским оценкам, внутрирегиональная торговля и объемы международного транзита грузов только благодаря сквозному железнодорожному сообщению должны увеличится на $600-750 млн., или на 25-30% относительно 2013 г. В глобальном масштабе каспийское кольцо станет центральным объектом коридора «Север-Юг», призванного соединить Балтийское и Индийское моря самым коротким маршрутом.

Каспийский бассейн в проекте коридора «Север-Юг»

Второй глобальный инфраструктурный проект в регионе – строительство водного канала «Евразия», соединяющего Каспийское и Азовское моря. Его создание даст среднеазиатским государствам выход в Мировой океан, иранским судам – кратчайший путь в Черное море, России – статус крупнейшего транзитера и рассматривается как элемент возрождения Великого шелкового пути из Китая в Европу. В отличие от каспийской кольцевой железной дороги, канал «Евразия» пока находится на стадии обсуждений и едва ли будет реализован в ближайшем будущем.

Проект канала «Евразия»

Потенциал Каспийского региона, расположенного в самом сердце континента, пока не раскрыт, и выстраивание стратегического партнерства между Россией и Ираном может иметь революционное значение не только для наших двух стран, но и для всего евразийского пространства.

___________________

Фото – rg.ru; http://ria.ru/defense_safety/20150413/1058281881.html

Теги: Иран  Каспий 
Рейтинг Ритма Евразии:
0
0
Отправить в ЖЖ Отправить на email
  Число просмотров:1633