Достанет ли «Турецкий поток» до Европы
08.07.2015 | Кирилл ЕРЧЕНКО | 00.10
A
A
A
Размер шрифта:

Россия начинает строительство первой нитки «Турецкого потока» (ТП) по дну Чёрного моря. Её ввод в эксплуатацию намечен на декабрь 2016 года, и хотя Москва и Анкара ещё не подписали межправительственное соглашение о сооружении трубопровода, Турция уже выдала разрешение на проведение инженерных изысканий в своих территориальных водах, а Греция подписала с Россией меморандум о сотрудничестве в строительстве своего участка будущего газопровода.

***

На первый взгляд, решение российской стороны начать строительство морской части ТП, не дожидаясь подписания межправительственного соглашения с Анкарой, кажется несколько опрометчивым. Но в действительности поводов для волнений немного. 9 июня в «Газпроме» сообщили, что межправсоглашение может быть подписано в ближайшее время, а 22 июня Анкара выдала разрешение на инженерные изыскания по морскому участку Turkish Stream в своей исключительной экономической зоне и территориальных водах.

Наиболее вероятными причинами того, что документ до сих пор не подписан, можно считать отсутствие в Турции нового кабинета министров и необходимость предварительно выполнить ряд технических задач, в первую очередь произвести оценку влияния трубопровода на окружающую среду, изыскательские работы в территориальных водах Турции и ТЭО проекта. Но всё это не мешает РФ начинать укладку труб от компрессорной станции «Русская» по 660-километровому отрезку морского маршрута бывшего «Южного потока», тем более что контракт с итальянской трубоукладочной компанией Saipem в силе.

Строительство первой морской нитки обойдётся примерно в 3,2-3,3 млрд евро. Прокладывать трубы от российского берега до турецкого Россия планирует на свои средства. На территории Турции газотранспортной инфраструктурой будут владеть совместно российская и турецкая сторона.

***

Инициированный Россией ТП крайне выгоден как для неё, так и для Турции, которой отведено ключевое место в проекте. 60% всего импортного газа на турецкий рынок поставляет «Газпром» (27 млрд кубометров из 45), и по объёмам закупок российского «голубого топлива» Турция уступает только одной стране – Германии. Турецкий газовый рынок привлекателен для России не только своими размерами, но и интенсивно растущим спросом. «К середине 2020-х годов объём турецкого спроса может достичь мощностей двух веток «Турецкого потока», и, скорее всего, Анкара уже сейчас нуждается в газе, который может доставляться через первый газопровод российского проекта», – отмечается в материале американской частной разведывательно-аналитической компании Stratfor.

С учётом этого Турция, получающая часть российского топлива транзитом через территорию Украины, Румынии и Болгарии (по Трансбалканскому газопроводу), нуждается в альтернативных путях его доставки в свете решения Москвы отказаться от использования украинской газотранспортной системы после 2019 года. Первая нитка ТП мощностью около 16 млрд куб. м в год как раз рассчитана на турецкий внутренний рынок и вполне сможет заменить поставки по Трансбалканскому трубопроводу.

Кроме того, Turkish Stream откроет для Турецкой Республики широчайшие экономические и геополитические горизонты. Здесь надо отметить, что Анкара не желает ограничиваться ролью покупателя и транспортировщика российского газа в европейские страны со всеми вытекающими отсюда выгодами. Она хочет ещё и перепродавать российский газ европейцам. По словам министра энергетики Танера Йылдыза, будет создано совместное российско-турецкое предприятие для хранения газа на границе с Грецией.

Такое стремление соответствует турецкой стратегии превращения страны в ключевой центр распределения энергетических потоков из Каспийского бассейна и Ближнего Востока в Европу. Поэтому неудивительно, что стартовавшее в середине марта строительство Трансанатолийского газопровода (TANAP) не толкает Турцию к отказу от ТП. В высказываниях турецких официальных лиц рефреном звучит утверждение о том, что TANAP не станет альтернативой «Турецкому потоку» и вопроса о выборе между ними не стоит. Сомневаться в искренности Анкары на этот счёт не приходится.

Согласие Анкары дать жизнь проекту увязывалось с перспективой предоставления скидки на российский природный газ. Изначально «Газпром» предлагал турецкой госкомпании Botas Petroleum Pipeline Corporation скидку в размере 6%, но туркам этого показалось мало, и они запросили 15%. В итоге сторговались на 10,25%.

Определённым вызовом для ТП стали результаты парламентских выборов в Турции, по которым Партия справедливости и развития (ПСР) не набрала конституционного большинства, утратила статус правящей политической силы и лишилась возможности самостоятельно сформировать правительство. Учитывая, что Турция – парламентская республика, ослабление позиций президента Реджепа Эрдогана несёт опасность для совместного с Россией энергетического проекта. Он может «провисать» и реализовываться с задержками, но крайне маловероятно, что он будет сорван, если учесть степень зависимости Турции от российских энергоносителей.

***

Как известно, главная цель создания ТП – обеспечить надёжное снабжение Европы (и Турции) российским газом в обход Украины, которая становится очень рискованным транзитёром. «Газпром» твёрдо намерен отказаться от прокачки газа через Украину в 2020 году, по истечении срока действия транзитного контракта с Киевом. Такое решение обусловлено пребыванием Киева под полным внешним управлением со стороны США, а также изношенностью украинской газотранспортной системы и опасностью её подрыва боевиками из неонацистских карательных батальонов.

В этой ситуации Евросоюз, будучи крупнейшим потребителем российского газа, оказывается не в состоянии осознать серьёзность и резонность инициативы Москвы о создании новой энергетической магистрали в южноевропейском направлении. Под давлением США Брюссель стреляет себе «в ногу», отмахиваясь от ТП и стараясь сохранить украинскую ГТС в качестве главного пути транзита российских энергоносителей в Европу.

В то же время в странах Южной и Центральной Европы растёт беспокойство в связи с анонсированным прекращением транспортировки российского газа через территорию Украины. Такие страны, как Греция, Венгрия, Словакия, Австрия, Италия, Болгария и Сербия имеют большую зависимость от российского топлива, поступающего к ним по украинской трубе, и опасность остаться без него подталкивает их к самостоятельным шагам навстречу ТП.

Твёрдое намерение участвовать в проекте демонстрирует Греция. Более 60% её газового импорта приходится на Россию, и в правительстве Алексиса Ципраса прекрасно понимают, что подключение к ТП обеспечит энергетическую безопасность страны. Помимо жизненной необходимости, проект открывает грекам широкие перспективы: доходы за транзит газа другим странам-потребителям, новые рабочие места, возможность получения газовой скидки от России.

19 июня в рамках Петербургского международного экономического форума наши страны подписали межправительственный меморандум о сотрудничестве в строительстве греческого продолжения ТП – Южноевропейского газопровода пропускной способностью 47 млрд куб. м в год. Стоимость греческого участка оценивается в 2 млрд евро. Его строительство планируется начать в следующем году и завершить в конце 2019-го.

Для реализации проекта будет создано российско-греческое проектное совместное предприятие, в котором доли РФ и Греческой Республики будут распределены паритетно – 50 на 50. Соучредителем СП со стороны Греции выступит энергетическая инвестиционная компания, которую Афинам ещё предстоит создать, а со стороны России таковым будет банк «ВЭБ-Капитал» («дочка» Внешэкономбанка). Он и возьмёт на себя финансирование работы предприятия, но потом греки должны будут вернуть внесённую за них часть средств.

30 июня в интервью телеканалу «Россия 24» министр энергетики Греции Панайотис Лафазанис высоко оценил подписанное соглашение с Россией. «Этот проект будет очень полезен и для России, и для Греции, это огромная поддержка для греческой экономики, и не только для греческой, но и для всех наших соседей, кто будет пользоваться плодами этого проекта», – сообщил министр. «Когда в 2019 году он заработает, мы будем получать сотни миллионов евро за транзит и эксплуатацию… Мы ждем от этого проекта только плюсы… Эта труба – около 20 тысяч рабочих мест в Греции, 2 миллиарда евро инвестиций. Все это вместе будет вести к восстановлению экономики», – отметил П. Лафазанис.

Панайотис Лафазанис: Греция ждет от проекта только плюсы

На сегодняшний день в планах Вашингтона и Брюсселя по срыву российского газотранспортного проекта Греция оказалась «крепким орешком». Афины не собираются отказываться от выгодного предложения по указке евроатлантических надзирателей. Но ещё не все рычаги воздействия на эллинов включены, поэтому пока неясно, позволят ли Греции остаться при своей позиции или её жёстко «поставят на место».

В соответствии с первоначальными планами траектория ТП должна была пройти через Грецию в Македонию и Сербию, но эти две южнославянские страны оказались самыми слабыми и ненадёжными звеньями российского газотранспортного проекта. Причём ещё несколько месяцев назад перспективы прокладки трубопровода через постюгославские республики выглядели вполне реалистичными.

В марте российская компания «Стройтрансгаз» в соответствии с подписанным в июле 2014 года контрактом приступила к строительству участка газопровода Клечовце – Неготино в Македонии. Он должен соединить македонскую ГТС с Грецией, что позволит западнобалканским странам получать российский газ, если будет построено греческое продолжение ТП. Затем в апреле в Будапеште министры иностранных дел Македонии, Сербии, Греции, Венгрии и Турции подписали декларацию об энергетическом сотрудничестве в создании «экономически оправданного пути диверсификации маршрутов и источников» для транспортировки природного газа из Турции в страны Европы. Тем самым пять стран выразили намерение присоединиться к будущему ТП.

После этого Запад во главе с США всерьез взялся за подрыв российского проекта. Действовали привычным методом – в предполагаемом маршруте газопровода определили «болевую точку» и надавили на неё. Незавидная участь постигла Македонию, в которой был спровоцирован острый и затяжной политический кризис. Одним выстрелом Штаты убили «двух зайцев» – вывели из энергетической игры Македонию, а Сербию припугнули возможным наказанием по македонскому сценарию.

В результате правительства обеих стран публично, хоть и в разной форме, отмежевались от безоговорочной поддержки ТП. 27 мая премьер-министр Македонии Никола Груевский назвал условие участия страны в ТП – сначала должны договориться Россия и ЕС.  При этом он подчеркнул, что решения в Скопье принимаются, исходя из евроатлантической ориентации страны. Чуть ли не в тот же день в Белграде заявили о поддержке проекта Трансадриатического газопровода (TAP), по которому в Европу планируется доставлять азербайджанский и в перспективе туркменский газ. «Мы готовы диверсифицировать газовые поставки в Сербию, что крайне важно для наших американских партнёров», – заявил глава правительства Сербии Александр Вучич.

А вот Александр Вучич, когда речь заходит о «Турецком потоке», вибрирует

Немаловажно отметить, что свыше 75% газового баланса Сербии обеспечивает Россия и даже в случае гипотетического присоединения Белграда к TAP азербайджанских ресурсов не хватит, чтобы заменить ими пока ещё поступающий через Украину российский газ. Тем не менее с начала текущего года в Сербии действует закон, предусматривающий полное применение на её территории директив Третьего энергетического пакета ЕС. В числе прочего он обязывает сербов проводить диверсификацию источников и маршрутов поставок энергоносителей, пусть это и не соответствует национальным интересам страны.

В то же время к планам строительства ТП в Белграде относятся благосклонно, но без особого энтузиазма, занимая выжидательную и порой противоречивую позицию. Противоречивость и вместе с тем осторожность заявлений сербских руководителей по данному вопросу не позволяют однозначно утверждать, какую позицию в конечном итоге займёт эта страна. По всей вероятности, в ближайшее время Белград продолжит балансировать, стараясь не поссориться ни с Россией, ни с Западом.

***

Несмотря на македонские события и нарастающий конфликт Запада с Россией, расширяется круг европейских стран, интересующихся TП и рассматривающих себя в качестве его потенциальных участников.

В начале июня премьер-министр Словакии Роберт Фицо в ходе визита в Москву предложил подключить к будущему ТП газотранспортный проект «Восточное кольцо» (Eastring), который продвигает Братислава. В России согласились рассмотреть это предложение. Проект предполагает создание газопровода мощностью от 20 до 40 млрд куб. м, который соединит трубопроводные системы Словакии, Венгрии, Румынии и Болгарии. Помимо российского газа, по нему предусмотрена возможность транзита энергоресурсов из Азербайджана, Туркменистана, Ирака и Кипра, поэтому инициаторы проекта рассчитывают на поддержку и содействие ЕС.

Ещё одним сторонником сооружения обходного российского газопровода в Южную и Центральную Европу является Австрия. Она должна была стать участницей «Южного потока», а теперь проявляет интерес к получению газа из ТП. В начале мая глава МИД Австрии Себастьян Курц выразил надежду, что австрийские компании и соседствующие с Австрией страны тоже заинтересованы в этом проекте. А в середине июня СМИ со ссылкой на информированные источники сообщили, что австрийская нефтегазовая компания OMV разрабатывает проект строительства газопровода для транспортировки российского газа в Австрию через Турцию.

Желание подключиться к российско-турецко-греческому проекту озвучила и Республика Сербская, входящая в состав Боснии и Герцеговины. 

Интересным было поведение Болгарии, которая более чем на 90% зависит от российского газа. В первые дни после известия о закрытии «Южного потока» София тешила себя иллюзиями, что таким образом «Газпром» шантажирует Брюссель, пытаясь склонить его к уступкам. Затем болгары обратились к руководству ЕС с просьбой профинансировать создание газового хаба на своей территории, а не в Турции. Премьер-министр Болгарии Бойко Борисов даже заявил, что София сможет помочь России строить газопровод до своей границы без предварительных условий. Но памятуя о том, что Болгария стала самым «слабым звеном» в проекте «Южного потока», невозможно всерьёз рассматривать болгарский вариант.

В перспективе одним из главных выгодополучателей от появления ТП и его европейского продолжения могла бы стать Италия. В пользу этого говорит хотя бы тот факт, что она занимает второе место в Евросоюзе по объёмам потребления российского газа после Германии (в 2014 году импортировала 21,7 млрд куб. м). Правда, сейчас Рим связывает удовлетворение своих энергетических потребностей с проектом Трансадриатического газопровода. Вместе с тем неподдельный интерес к российским планам построить новую «трассу» для поставок газа в Европу проявляет итальянская нефтегазовая корпорация Eni. Только в первой декаде июня руководство компании дважды обсуждало тему ТП с российской стороной: один раз с министром энергетики РФ Александром Новаком, второй – с председателем правления «Газпрома» Алексеем Миллером.  

***

В настоящее время сложно пытаться предсказать дальнейшую судьбу «Турецкого потока». Тем не менее с большой долей вероятности можно ожидать, что он будет построен. Правда, возможны заминки, связанные с политической ситуацией в Турции после парламентских выборов и попытками США повлиять на неё. Немаловажно и то, где остановится будущая газотранспортная артерия: на границе с Грецией, где-то в глубине Балкан или в австрийском Баумгартене. Впрочем, даже если конечным пунктом маршрута станет Турецкая Республика, проект всё равно будет выгодным и успешным.

____________________

Фото – http://ria.ru/infografika/20150617/1074456782.html; http://www.oilcapital.ru:88/transport/268287.html

Рейтинг Ритма Евразии:
1
0
Отправить в ЖЖ Отправить на email
  Число просмотров:3612