Максим Сабуров: недопустимо превращать Россию в «иждивенца» по нефти и газу
29.08.2015 | Алексей ЧИЧКИН | 04.41
A
A
A
Размер шрифта:

Укрепление межотраслевых связей между республиками и тщательное планирование внешнеэкономических связей. Развитие сырьевой базы во всех регионах страны и приближение перерабатывающих мощностей к районам добычи/производства сырья. Сокращение дублирования перевозок одних и тех же грузов разными видами транспорта в одном регионе, формирование транспортно-производственных комплексов. Эти вопросы не удалось  решить в Советском Союзе, в результате усиливавшаяся со второй половины 1970-х годов экономическая автаркия союзных республик стала одной из главных причин экономического разрушения СССР.

Названные проблемы по-прежнему актуальны сегодня и в России, и других странах ЕАЭС, и в экс-СССР в целом. Очевидно, что прежний опыт их решения не может не быть востребован в рамках интеграционных процессов в ЕАЭС, ШОС, в решении конкретных экономических проблем в России.

В этой связи представляется важным присмотреться к деятельности председателя Госплана СССР в 1949–1958 гг. Максима Захаровича Сабурова (1900–1977). Экономический советник И.В. Сталина на Ялтинской и Потсдамской конференциях государств-союзников, авторитетный экономист, новатор... Впоследствии он был сослан Н.С. Хрущевым директором завода в Сызрань, затем в Пермь. Кара последовала за резкую критику небезызвестных «новаций» в виде освоения целины, повсеместного «окукурузивания», продажи МТС колхозам, расширения экономической самостоятельности «избранных» союзных республик (прибалтийских, закавказских, Казахстана, Украины, Узбекистана).

М.З. Сабуров (1943 г.)

Его имя уже в начале 60-х полностью исчезло из экономических СМИ. Как, впрочем, и из истории экономического развития СССР. Попытки многих ученых-экономистов (Т.С. Хачатурова, Н.Н. Некрасова, Н.П. Федоренко) и бывших коллег Сабурова по правительству (А.Н. Косыгина, В.Ф. Гарбузова, В.И. Долгих, К.Т. Мазурова, Б.П. Бещева, С.К. Токи) «вернуть» его в кадровую систему экономического планирования успехом не увенчались.  

Максим Захарович активно выступал против превращения РСФСР в ресурсно-сырьевой придаток других союзных республик. Эта линия наметилась со второй половины 1950-х гг., и вплоть до 1991 г. до 25-30% доходной части бюджета РСФСР направлялось в другие союзные республики. Ресурсно-сырьевая база РСФСР развивалась только в считаных её регионах, «замораживались» многие проекты газификации российских регионов, портового, железнодорожного, трубопроводного строительства и т.п.

Потому только на один год – с конца 1957-го – ему, теперь уже бывшему члену Президиума ЦК КПСС и первому заместителю председателя Совмина СССР, удалось удержаться на посту одного из замов главы Госкомитета по внешнеэкономическим связям. Но потом Сабурова понизили окончательно, назначая директором то одного, то другого завода в Сызрани. А в 1966-м дали полную отставку.

Специальный уполномоченный ГКО СССР  М.З. Сабуров в Восточной Германии  (июль 1945 г.)

…В октябре 1952 г. на XIX съезде КПСС именно Сабуров сделал доклад о пятом пятилетнем плане СССР (на 1951–1955 гг.). Документ разрабатывался под его руководством. Максим Захарович в тот период возглавлял Госплан (в первый раз занимал тот же пост в 1941–1942 гг.). В докладе предлагалось всемерно развивать перерабатывающие отрасли, в том числе в системе потребкооперации, чтобы не допустить опасного в социально-экономическом плане превращения многих регионов страны в монокультурные сырьевые базы «избранных» индустриальных регионов. Подчёркивалась необходимость в полной мере применять во всех отраслях хозяйственный расчёт, комплексно использовать местные природные ресурсы, в том числе энергетические. Избежать экономической обособленности ряда регионов РСФСР и других республик Союза, по мнению докладчика, помогла бы также равномерность, пропорциональность развития транспортной сети СССР. Эти положения стали претворяться в жизнь в период пятой пятилетки (1951–1955 гг.).

Максим Сабуров, как и Алексей Косыгин, Николай Байбаков (председатель Госплана СССР с 1965 по 1986 г.), Иван Бенедиктов (министр сельского хозяйства СССР в конце 1940-х – 1950 гг.), был сторонником интенсивного развития сельского хозяйства и пищевых отраслей прежде всего в европейской части РСФСР. При этом Сабуров выступал против отвлечения колоссальных человеческих и материально-технических ресурсов из России в целинные регионы Казахстана. Тем более что эффективность таких затрат в области зернового производства в канун освоения этих территорий не была достоверно доказана. Именно по инициативе Сабурова в первой половине 1950-х в РСФСР активно наращивается производство самоходных высокоманевренных комбайнов, приспособленных для нечерноземной полосы. Но уже к концу десятилетия эта отрасль приходит в упадок, ибо рекордные темпы освоения целины застопорили развитие многих регионов Союза, особенно России, по многим направлениям.  

В бытность Сабурова руководителем Госплана (в 1953–1955 гг. он становится одновременно зампредседателя Совета министров СССР, затем по 1957-й работает первым заместителем главы правительства и возглавляет Государственную экономическую комиссию Совмина по текущему планированию народного хозяйства) ускорилось строительство межрегиональных железных дорог: Салехард–Надым–Игарка–Норильск («Заполярный Транссиб»), магистраль БЕЛКОМУР–Архангельск–Кудымкар–Молотов (Пермь), Красноярск–Курагино–Кызыл–Западная Монголия и ряда других. Но затем эти проекты были заброшены, ибо социально-экономическое развитие страны пошло, как известно, по иному, в основном  экспортно-сырьевому, пути. Характерно, что те же проекты значатся в госпрограмме развития железнодорожной сети РФ на период до 2030 г.

Схема заполярного Транссиба

В марте 1943 г. М.З. Сабуров возглавил межведомственную комиссию по изучению новых железнодорожных проектов. Через три месяца в отчете этой комиссии И.В. Сталину указывалось, в частности, что «с точки зрения военно-экономической и тыловой целесообразности, предпочтительными становятся проекты, направленные на восстановление транспортной сети в освобожденных регионах и на ее стыковку с транспортной сетью примыкающих советских регионов. Намечается также увеличение провозной способности ряда участков Транссиба и Турксиба, в связи с постепенным возвращением в освобождаемые регионы эвакуированных прежде на Восток предприятий и населения. Реализация таких проектов займёт от 3 до 6 лет… Поэтому проекты, непосредственно не связанные с упомянутыми задачами, в настоящее время и в ближайшие годы представляются нецелесообразными к реализации. Только в случае более чем 20-процентного увеличения грузопотока по трассам таких проектов это обстоятельство может служить достаточным основанием для дополнительного изучения целесообразности реализации этих проектов…». (1) Эти аргументы актуальны и сегодня.

Тем временем во внутриэкономической политике со второй половины 50-х акцент был сделан на то, чтобы почти все российские регионы зависели от поставок промышленного и особенно углеводородного сырья из отдалённых регионов страны (Средняя Азия, Урал, Западная, Восточная Сибирь). Сегодня можно говорить в этой связи и о намеренном сокрытии результатов геологоразведки, и сознательном отказе от освоения полезных ископаемых в европейской части РСФСР.

Вот выдержка из датируемого мартом 1976 г. совместного письма М. Сабурова, академиков-экономистов Т. Хачатурова и Н. Некрасова министру газовой промышленности СССР С. Оруджеву: «Считаем не совсем правильным, что быстро развивается крен в разведке и освоении нефтяных и газовых месторождений только в труднодоступных и/или отдалённых районах СССР – в азиатской части РСФСР и Средней Азии. Это очень сильно увеличивает затраты по всему циклу организации нефте- и газового производства, что влечёт за собой постоянное удорожание всей экономики СССР и, как следствие, большинства товарного ассортимента в СССР, а также постоянный рост себестоимости нефтегазового комплекса всего СССР, но особенно РСФСР. Ибо месторождения в Центральной и Южной России, а также в Белоруссии и Молдавии остаются недоисследованными, засекреченными или заброшенными. И тем самым огромный регион СССР, обладая потенциальными возможностями для развития нефте- и газодобычи, превращается в «иждивенца» других регионов по нефти и газу...»

Далее в письме отмечается: «Были возражения по поводу снабжения среднеазиатским, а в перспективе – и азербайджанским газом большинства регионов РСФСР и прежде всего Европейского региона РСФСР, эти возражения имеют под собой не только экономическое обоснование. Ибо огромная часть страны становится зависимой от Средней Азии, что может быть не совсем правильным с точки зрения долгосрочных политических и национальных обстоятельств… Вопросы такого рода обсуждались в Политбюро ЦК и президиуме Совмина СССР ещё в 1950–1952 годах, когда изучались варианты развития газификации всех союзных республик. Тогда было признано, что главный принцип в этой сфере – достижение максимальной изученности, а затем и освоенности местных месторождений, и, например, Москва и Ленинград с прилегающими к ним областями были прикреплены к месторождениям Куйбышевской, Саратовской, Сталинградской и Астраханской областей. Но в середине 1960-х было решено перевести почти всю РСФСР на нефте- и газоснабжение из Средней Азии».

По имеющимся данным, министр Оруджев и глава правительства Косыгин в принципе поддержали вышеупомянутые мнения и предложения. Но брежневское большинство в высшем руководстве КПСС и СССР оставило этот документ без внимания.

Человек такого масштаба не сник и после несправедливой опалы. М. Сабуров с земляками

Сегодня очевидно, что упомянутые прогнозы группы известных советских экономистов, увы, сбылись. Действительно, огромная территория – Центральная и Южная Россия, обладая потенциальными возможностями для развития нефте- и газодобычи, превратилась в сырьевого «иждивенца» других регионов некогда единого союзного государства. Сложившаяся ещё в 1970-е годы ситуация в этой сфере сохраняется и сейчас: так, голубое топливо из Западной Сибири сориентировано в основном на экспорт, а внутреннее газоснабжение частично привязано к «трубе» из Средней Азии и Азербайджана.

Важно отметить и то, что, как и предвидели авторитетные советские экономисты, постоянное удорожание основных фондов всей нефтегазовой индустрии России – из-за вынужденного роста добычи сырья в труднодоступных и отдалённых регионах страны (ввиду истощения запасов в менее сложных регионах) – действительно привело к тому, что только растущий экспорт может окупать эту отрасль. Потому и растет зависимость страны от новых экспортных трубопроводов, периодически срывается график газификации регионов, «неуклонно» повышаются внутрироссийские цены на нефть, газ, продукты их переработки. Об этих последствиях, обусловленных экспортно-сырьевой структурой экономики, и предупреждал Сабуров.

Кстати, первое предложение о составлении «шахматки» реальных и потенциальных предприятий-поставщиков и потребителей в регионе СЭВ было выдвинуто М.З. Сабуровым в декабре 1953-го на совещании комиссии по взаимной торговле стран-участниц СЭВ в Албании. Это предложение было поддержано другими странами СЭВ. Почти полностью проект был реализован под руководством К.Ф. Катушева в середине 70-х – начале 80-х. А сегодня аналогичная «шахматка» разрабатывается в рамках ЕАЭС.

Словом, очень многое из того, что предлагал М.З. Сабуров, остается весьма актуальным и в наши дни. И не только в России.

_______________

Фото – http://shieldandsword.mozohin.ru/library/problem1.htm; http://syzrantoday.ru/articles/item/248-byili-lyudi-v-nashe-vremya

 

(1) Документы и материалы Госплана СССР по вопросам восстановления и развития народного хозяйства в освобожденных от оккупации районах. М., 1952; Как возрождались освобожденные районы. Молотов, 1953.

Теги: СССР  ЕАЭС  ШОС 
Рейтинг Ритма Евразии:
0
0
Отправить в ЖЖ Отправить на email
  Число просмотров:706