Хуже войны с англосаксом может быть только дружба с ним
17.10.2015 | Леонид ИВАШОВ | 00.01
A
A
A
Размер шрифта:

На завершающейся неделе Россия предложила провести международную встречу в Москве по Сирии. Как вариант, в Вашингтон могла быть направлена представительная делегация во главе с премьер-министром Дмитрием Медведевым. Двусторонняя встреча в любом из этих форматов назрела: накопилось слишком много вопросов по части борьбы с террористическим интернационалом во главе с «Исламским государством», посредством которого Запад стремится устранить законную власть в Сирии во главе с Башаром Асадом.

Ни на один из вариантов Вашингтон не согласился. «Нам (Соединенными Штатами) было отвечено, что (американскую) делегацию направлять в Москву у них не получается и принять (российскую) делегацию в Вашингтоне не получается тоже», – разъяснил ситуацию министр иностранных дел Сергей Лавров, выступая перед депутатами Государственной Думы.

Я не удивлен таким поворотом дела. Ещё недавно в Вашингтоне нашу страну называли среди трёх главных мировых угроз наряду с исламистами и лихорадкой Эбола. А теперь одна из трёх «угроз» организует коа­лицию против другой «угрозы» – ИГИЛ! И американцы замельтешили, чувствуя, что Россия переигрывает США в противодей­ствии этому злу, что она вновь становится одним из геополитических цент­ров мира.

Происходит это на земле Сирии, нашего давнего союзника. Сирия исторически нам близка. Сегодня на слуху Тартус, Латакия. В 1770 году население этих двух провинций обратилось к российской императрице с тем, чтобы войти в состав Российской империи. А можно вспомнить еще более древний, но не менее выразительный факт: мы знаем, что Владимир крестил Русь, но самого Владимира крестил сириец по национальности митрополит Антиохийский.

А взять отношения Сирии с Советским Союзом. Эта страна никогда не предавала нас. Даже с учетом того, что режимы там менялись, отношение к СССР оставалось неизменным. В свое время Хафез Асад, отец сегодняшнего президента Сирии, заявил: «Весь здравый мир сожалеет о распаде Советского Союза. Больше всех сожалеют арабы. А среди них больше всех – сирийцы».

В советское и постсоветское время у нас в Сирии был самый большой советнический аппарат и в военных, и в государственных структурах. Наши военные советники были у министра обороны, начальника Генерального штаба, командующих и командиров различных рангов вплоть до корпусного управления. Советский Союз оказывал сирийцам большую помощь в становлении их собственной государственности, создании вооруженных сил, подготовке кадров, строительстве экономических объектов.

После распада СССР мы ушли из Ближнего Востока, а где-то нас и потеснили. Сегодня единственным нашим «плацдармом» здесь является именно Сирия, её Тартус – единственный порт, куда могут зайти наши военные корабли, осуществляя российское присутствие в Средиземном море.

Мне кажется, мы даже несколько опоздали вступиться за Сирию. Сирийцы воюют уже четыре года, у них есть проблемы с боеприпасами, вооружением, ремонтным фондом. Их авиация уже выработала свой ресурс. При этом Сирия – единственная страна на Ближнем Востоке, законная власть которой смогла сдержать волну «арабской весны», посредством которой Запад стал менять неугодные ему режимы, ввергая десятки миллионов людей в ужас «управляемого хаоса».

Орудием борьбы с режимом Б. Асада избрана т.н. умеренная оппозиция. А что это такое? Даже американская газета Los Angeles Times признает, насколько тонка грань между «умеренными» и экстремистскими силами, действующими в Сирии. Даже до возникновения ИГ выявление и вооружение «умеренных» боевиков было для Вашингтона проблематичным, а уж сегодня – тем более. Если же говорить без обиняков, то администрация Б. Обамы и не собирается разбираться в оттенках, прибегая для борьбы с ненавистным ей режимом Б. Асада к содействию самых отъявленных террористов.

Нам следовало давно оказать Дамаску более активную военную помощь. Сирийцы держались благодаря своему мужеству и стойкости. И выдержали лишь потому, что за их спиной политически присутствовала Россия. Сейчас мы включились в военную фазу, потому что ситуация стала критической. Бои правительственных войск с противниками законной власти шли уже на окраинах Дамаска. Первые же удары ВКС РФ по инфраструктуре ИГ вместе с наземным наступлением сирийской армии позволили переломить ситуацию.

Какими силами действует российская армия в Сирии? Там присутствует усиленный авиационный полк смешанного состава. Задействованы штурмовики Су-25, которые утюжат поле боя. Есть фронтовые бомбардировщики, использующие бомбовую и ракетную нагрузку для поражения хорошо защищенных целей. Это Су-24 производства советского периода, а вот штурмовики Су-25 есть уже и российского производства. Есть там и новинки, которые пока не применялись – Су-27 и Су-34. Есть вертолетная группа, беспилотники. Есть самолеты-разведчики, самолет радиоэлектронного противодействия для подавления систем управления. Штурмовики в основном оснащаются неуправляемыми реактивными снарядами, поражающими площадные объекты, они достаточно эффективно наносят удары по скоплениям военной техники, складам, пунктам управления. Су-34, как самый современный самолет, использует высокоточное вооружение.

Важнейшее значение имел и удар крылатыми ракетами из акватории Каспийского моря. Благодаря нему Россия решила не только конкретную задачу боевого характера – уничтожила объекты террористов. Главное – весь мир увидел, что мы обладаем важнейшим потенциалом высокоточного оружия, соизмеримым по возможностям с «привычным» ядерным оружием.

Я этой операцией горжусь. Значит, мы не все забыли из прошлого, а чему-то и научились. Сделаны шаги, которые перевернули мир и сделали его другим.

Владимир Путин делает блестящий геополитический анализ с трибуны Генеральной ассамблеи ООН и показывает нынешнее состояние в мире – тревожное, едва ли не критическое. И на главного виновника ситуации указывает, пусть и не называя его по имени. Но при этом все смотрят в сторону Обамы, поскольку понимают, о ком идет речь. И далее российский президент предлагает контуры нового миропорядка, возвращая наше государство на исторически присущее ей место как одного из центров миропорядка.

Интересно, что до Путина выступал председатель КНР Си Цзиньпин. У меня создалось впечатление, что речи состыкованы, даже присутствует какое-то распределение ролей. Путин об экономике говорил мало, а его китайский коллега – в основном о ней. Выступает президент Белоруссии Александр Лукашенко – и срывает маски, начиная громить Запад. Он чувствует себя за спиной Путина. Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев, в свою очередь, предлагает перенести штаб-квартиру ООН из Нью-Йорка в Азию, обращая внимание мирового сообщества на невиданно возросшую роль этого континента в определении магистрали мирового развития. Это  еще один вызов претензиям Вашингтона на роль единственного центра силы. Пошла массированная атака на него. Еще два года назад это было бы немыслимо.

А в это же время Асад подписывает послание Путину, прося оказать военную помощь Сирии, техники наших самолетов подвешивают бомбы, и под точными ударами наших военных деморализованные террористы начинают спешно покидать свои позиции.

Путин, по сути дела, положил начало освобождению мира от американской диктатуры. Удары по ИГИЛ в Сирии закрепляют положение нашей страны как одного из геополитических центров. Идёт размежевание в Европе: не все там хотят занимать анти­российскую позицию. Там видят, как своими сирий­скими инициативами Москва вновь спасает Европу – теперь от наплыва беженцев. Очевидно, что США не удалось и капитально рассорить Россию с Европой из-за Украины.

Растёт число наших союзников на Ближнем Востоке. Помимо Сирии инте­рес к сотрудничеству проявляет Египет, мы сближаемся с Ираном. Между США и Россией теперь мечутся Саудовская Аравия, Турция – это тоже успех нашей дипло­матии. Вспомним, как активно развиваются ШОС, БРИКС – последний саммит в Уфе это показал.

Согласятся ли США с формированием нового миро­порядка? Конечно, нет. Некоторые высокопоставленные чиновники уже призывают Обаму дать «смелый ответ» на действия России в Сирии. Госсекретарь Джон Керри выступил за установление бесполетной зоны в Сирии, а министр обороны Эштон Картер возмущен тем, что США не противостоят «провокациям» Москвы. Вашингтон обязательно будет отвечать. Отказ от международной встречи в Москве по Сирии и от приема у себя российской делегации – один из такого рода ответов.

Не исключаю с их стороны и прямые подлости. Пальму первенства России они отдавать не хотят, потому могут активизировать удары по ИГИЛ, но и по сирийцам наверняка будут бить. На серьезные конфликты они с нами, конечно, не пойдут. Но не исключаю, что будут провокации, как в свое время в Афганистане: американцы вооружали моджахедов переносным зенитно-ракетным комплексом Stinger, чтобы те сбивали наши вертолеты. Что ж, нам надо быть готовым к этому.

Не исключаю, что США вследствие развития событий в Сирии могут поступить и ровно наоборот – попытаться широким фронтом начать восстанавливать с Россией отношения. На пользу нам это не пойдет. Не следует, конечно, избегать возможностей усилить фронт борьбы с ИГ путем координации действий двух антитеррористических коалиций, чего, к слову, добивается Россия, но пока не находит понимания. Полезны и идущие сейчас переговоры военных двух стран о мерах по предотвращению потенциальных инцидентов в воздушном пространстве Сирии.

Но и стремиться к чрезмерному сближению с США тоже не нужно. Здесь уместно напомнить афоризм выдающегося отечественного геополитика генерала Алексея Вандама: «Хуже войны с англосаксом может быть только дружба с ним».

_______________

Л.Г. Ивашов – генерал-полковник, президент Академии геополитических проблем

Рейтинг Ритма Евразии:
2
1
Отправить в ЖЖ Отправить на email
  Число просмотров:4243