В «атомной войне» между Литвой и Белоруссией ожесточение нарастает
22.01.2016 | Владимир ВЕРЕТЕННИКОВ | 00.01
A
A
A
Размер шрифта:

«Атомная война» – это не только наводящий ужас боевой конфликт, когда по обе стороны границы встают кошмарные «зонтики» из огня и дыма, распространяя на много километров вокруг сносящую все на своем пути взрывную волну и ядовитую радиацию. Нет, такого рода «войны» могут проходить и относительно мирно, но все равно ожесточение сторон в них оказывается очень велико. Пример тому – отношения Литвы с соседней Белоруссией: Вильнюсу не дает покоя атомный проект, воплощаемый Минском при поддержке России.

Ты помнишь, как все начиналось?

Так сложилось, что тема атомной энергетики для Литвы очень болезненная. В свое время, благодаря Советскому Союзу, эта страна обладала единственной АЭС в Прибалтике. Атомную электростанцию в Игналине начали возводить в 1975 году. Примечательно, что изначально строительство предполагалось начать на белорусском берегу озера Дрисвяты (литовское название – Друкшяй). Однако в итоге было признано, что именно литовский берег этого водоема обладает наиболее подходящим для подобного объекта грунтом. В марте 1980-го заложили первый энергоблок, спустя два года – второй, а в 1983 году началось сооружение третьего. Первый из них заработал 31 декабря того же года, второй – 31 августа 1987-го, а третьему блоку так и не суждено оказалось быть запущенным.

В 1991 году Литовская республика получила Игналинскую АЭС под свою юрисдикцию. Таким образом, она стала тридцать первым государством в мире, использовавшим ядерную энергию для своей экономики. О том, что значил этот объект для государства, легко понять, ознакомившись с цифрами. Так, в рекордный для атомной энергетики Литвы 1993 год на ИАЭС было произведено 12,26 млрд. кВтч электроэнергии. Это – 88,1% всего  произведенного в том году в государстве электричества! Неудивительно, что данный показатель оказался включен в Книгу рекордов Гиннесса. В свои лучшие дни Игналина обеспечивала заработком до 5000 сотрудников и снабжала энергией не только Литву, но и Эстонию, Латвию, Белоруссию, а также соседние российские области. Увы, сегодня станция мертва.

Беда пришла откуда не ждали: 19 февраля 2001 года правительство республики, уже тогда со всей определенностью взявшей курс на вступление в Евросоюз, под нажимом ЕС утвердило программу вывода единственной своей атомной электростанции из эксплуатации. Своё требование Брюссель обосновал соображениями безопасности в регионе – дескать, на Игналине стояли реакторы того же типа, что и на Чернобыльской АЭС. По заключению МАГАТЭ, ИАЭС входила в список самых надежных станций мира, но эти доводы еврочиновников не устроили. Сегодня литовские политики вынуждены признать: Евросоюз просто убрал конкурента с рынка. Экс-президент Роландас Паксас, когда-то участвовавший в переговорах с ЕС на этот счет, ныне сокрушенно рассказывает в местной печати: «Обещание закрытия ИАЭС являлось единственной возможностью начать переговоры по вступлению в Евросоюз. Вот такая как бы дань с нашей стороны…»

На протяжении ряда лет Вильнюс пытался добиться в Брюсселе разрешения на продление срока эксплуатации станции, но все усилия оказались тщетными. Многие тогда предупреждали, что страна режет курицу, приносящую золотые яйца. И действительно, после закрытия ИАЭС Литве пришлось вместо экспорта приступить к импорту энергии, поскольку её производство на резервных мощностях оказалось невыгодно из-за высокой себестоимости. На государство навалились и неприятные заботы иного толка – консервация отслужившей свое атомной станции и обеспечение надежного хранилища отработанного ядерного топлива. Ну и, разумеется, пострадал рядовой потребитель: только за первые два с половиной года без АЭС электричество в Литве подорожало вдвое, отопление – в четыре раза.

Неудивительно, что безвременная смерть Игналины породила амбициозную идею создания новой АЭС, в проекте которой, помимо Вильнюса, собирались участвовать Латвия, Польша и Эстония. Все началось 4 июля 2007 года, когда тогдашний президент Литвы Валдас Адамкус подписал «Закон об атомной электростанции». Но ещё ровно за месяц до этого АО Lietuvos Energija приступило к процедуре оценки влияния новой АЭС на окружающую среду (ОВОС). В свою очередь, строительство решили поручить объединению, в которое включили принадлежавшие государству компании Lietuvosenergija и Rytsskirstomiejitinklai (RST, Восточные распределительные сети), а также частную фирму Vakaruskirstomiejitinklai (VST, Западные распределительные сети).

Были предложены два альтернативных варианта размещения этого объекта, но в любом случае он, как и прекратившая свою деятельность Игналинская АЭС, соседствовал бы с большим озером Друкшяй и городом Висагинас. По мысли разработчиков, объём энергии, производимый новой атомной электростанцией, должен был составить 3400 МВт. На строительстве инициаторы планировали задействовать до 3500 рабочих. Ещё 500 сотрудников трудились бы в персонале введенной в эксплуатацию АЭС.

Опередили на крутом повороте

Первый из блоков собирались ввести в эксплуатацию не позднее 2015 года. Впрочем, поскольку с поисками инвесторов шло не очень гладко, сроки сдвинулись до 2020 года. Навалились и неприятности иного рода: литовские и латвийские «зеленые» донимали инициаторов вопросами о том, как именно будет храниться отработанное топливо, c протестом выступила и знаменитая организация «Гринпис». После аварии в марте 2011 года на АЭС в Фукусиме популярность проекта в Висагинасе в глазах литовской общественности оказалась серьёзно подорвана, чем опять же не замедлили воспользоваться оппозиционные политики. Они указывали, что в случае какой-либо аварии радиационному заражению могут подвергнуться территории, населяемые несколькими миллионами жителей трех государств – Литвы, Латвии и Эстонии. По их мнению, предлагаемое место создания АЭС отнюдь не являлось самым удачным с точки зрения сейсмической безопасности. Но самым неотразимым доводом в их устах было то, что Висагинскую АЭС собирались сооружать «по самому дешёвому проекту» и хотели оснастить реактором того же типа, что и фукусимский, созданный альянсом концернов General Electric и Hitachi.

Почти смертельный удар ВАЭС нанесли именно тогда, когда она совсем уже, казалось бы, получила «взлётную полосу». В конце июня 2012 года Сейм Литвы в первом чтении одобрил проект «Закона о строительстве атомной электростанции в Висагинасе». Но в парламенте нашлись ушлые оппозиционные политики, решившие на этом «наварить» моральный капитал. Они «продавили» проведение референдума о Висагинской АЭС – пусть, дескать, народ решает!

В ту пору представители литовской партии «зелёных» и крестьян доказывали, что, протестуя против АЭС, они «ни в коем случае не выражают интересы каких-нибудь «Росатомов», стремящихся избавиться от конкурентов», а искренне заботятся о родной природе. Но это сразу же отпугнуло предполагаемых зарубежных инвесторов, предупредивших, что любая задержка негативно скажется на финансировании. Референдум состоялся в форме плебисцита 14 октября 2012 года одновременно с парламентскими выборами – в его ходе высказались 1361082 человека (или больше половины литовских избирателей). 65% из проголосовавших сказали АЭС «нет!». Таким образом, проекту переломили хребет. Он не умер окончательно, но до самого последнего времени пребывал в «коматозном» состоянии.

А пока Вильнюс безуспешно пытался запустить проект ВАЭС, его стремительно обогнали соседи-белорусы. Вопрос о строительстве в Белоруссии атомной электростанции прорабатывался ещё в начале 1990-х, но к практическому решению подошли в 2008-м, выбрав для её размещения Островецкую площадку близ Гродно (кстати, около границы с Литвой, что явно не случайно). В марте 2011 года тогдашний премьер России Владимир Путин подписал в Минске договор о сотрудничестве по созданию новой АЭС мощностью в 2300 МВт. РФ согласилась предоставить Белоруссии на эти цели кредит в 10 млрд долларов; была достигнута договорённость об осуществлении закупок оборудования для станции на открытых торгах.

Выемка грунта началась в конце того же года, а к концу 2014-го стали возводить первый энергоблок. Здесь трудятся российские специалисты при участии белорусских субподрядчиков. Нетрудно догадаться, что, по мере того как продвигаются работы, Литва пытается всеми силами вставлять палки в колеса Островецкой АЭС. Литовцы кричат об экологической опасности, ставят перед соседними странами вопрос о недопустимости покупки электричества у белорусов. Подключили и внутренних противников режима А. Лукашенко, немедленно заблаживших о «чёрной дыре, которая может засосать государство».

Отчаяние Вильнюса понять можно – перспективы ВАЭС выглядят самыми туманными. Правда, в минувшем сентябре министр энергетики Литвы Рокас Масюлис в беседе с польским изданием Gazeta Wyborcza все ещё пытался хорохориться: «План создания новой АЭС в Литве продвинулся более других подобных проектов в Европе. Если мы вместе с Латвией и Эстонией примем решение начать строительство, то окажемся готовы сделать это уже через три месяца». Р. Масюлис попытался привлечь к идее и Варшаву: «Да, в 2011 году Польша покинула этот проект. Мы уважаем желание Варшавы построить собственную АЭС. Однако, если Польша хотела бы внести свой вклад в данную инициативу, то двери всегда открыты». Такое стремление заручиться поддержкой соседей не случайно – маленькая Литва осознает, что вряд ли ей одной окажется по силам столь грандиозная стройка.

Масюлис настаивает: «В настоящее время мы видим этот проект, как общий проект для балтийских стран». Впрочем, две другие прибалтийские республики, разочарованные постигшим ВАЭС в 2012 году крахом, не торопятся вновь подтвердить готовность помогать в её строительстве.

Бессильная ярость

Вот и остается Вильнюсу действовать по принципу «и сам не гам и другому не дам». При этом литовцы особенно напирают на то, что якобы станция в Островце – правильно! – не внушает им доверия с точки зрения экологической безопасности. Мол, белорусы пренебрежительно относятся к «международным конвенциям…». Используются и другие методы. Например, недавно Литва отказалась предоставить белорусам возможность пользоваться своей Круонисской гидроаккумулирующей электростанцией как резервом энергетических мощностей. МИД и Минэнергетики Литвы получили письмо из Минска, в нем содержалась просьба создать возможность пользоваться в будущем Круонисской ГАЭС. Глава компании Lietuvosenergija, владеющей этим объектом, Далюс Мисюнас отметил, что Минск не объяснил, для чего ему требуются услуги этого объекта, однако вполне вероятно, что белорусам нужен резерв для будущей АЭС. Ведь изначально Круонисская ГАЭС строилась для Игналинской АЭС, в ту пору её целью был так называемый вторичный резерв для атомных реакторов. Итог – грубый отказ. Заодно премьер Литвы Альгирдас Буткявичюс заверил, что Вильнюс не планирует покупать электроэнергию с Островецкой атомной станции.

А в декабре 2015-го Р. Масюлис предложил, чтобы Вильнюс, Рига и Таллин договорились относительно налоговой системы, которая предотвратила бы импорт электроэнергии из Островца в Прибалтику. «Прежде всего, Литве, Латвии и Эстонии нужны общие соглашения о тарифной и о налоговой системах. Если это электричество будет в достаточной степени обложено налогами, то не станет стимула пересылать его в Литву. Поскольку это, в юридическом смысле, тонкий вопрос, затрагивающий множество международных конвенций, не хочется заранее проговаривать точный вариант, которым мы воспользуемся. Но общее направление, я думаю, должно быть именно таким», – сказал Масюлис. А уже в начале нынешнего года он перешёл к действиям и обратился к своим коллегам из Латвии, Эстонии, Финляндии и Польши с просьбой не покупать электроэнергию «у третьих стран, которые строят небезопасные АЭС». «Если мы ограничим доступ белорусского электричества в нашу страну через пропускные мощности, а другие страны этого не сделают, то ничего у нас не получится. Если мы отрежем свои провода, а прочие государства так не поступят, белорусская электроэнергия все равно будет поступать к нам через другие страны. В обоих случаях необходима поддержка соседей», – пояснил министр.

Вскоре после этого Масюлис провел в Таллине встречу с главой Минэкономики Эстонии Кристеном Михалом. По итогам состоявшейся беседы литовец сообщил, что Эстония поддерживает мнение Вильнюса по поводу Островецкой АЭС. А вот с Финляндией такой фокус не прошел: министр экономики этой страны Олли Рен разочаровал Масюлиса словами, что Хельсинки «больше надеются на диалог с Минском, а не на бойкоты».

Впрочем, в любом случае, пока собаки лают, караван продолжает движение в заданном направлении. На данный момент работы в Островце ведутся на 102 объектах, около 83% труда выполняют организации из Белоруссии, 17% – из России. Монтаж корпуса реактора первого энергоблока, как ожидается, состоится в августе 2016 года. Сам корпус, изготовленный волгодонским филиалом АО «АЭМ-технологии» «Атоммаш», доставлен в страну 24 декабря 2015-го. Как сообщил инженер ГП «Белорусская АЭС» Анатолий Бондарь, процесс идет по графику: «Дата ввода в строй первого энергоблока – ноябрь 2018 года, второго – июль 2020-го. Сейчас работы осуществляется так, что разница по времени ввода первого и второго энергоблоков может сократиться – такая ситуация наблюдалась и во время сооружения зарубежных атомных станций».

Отметим, что на фоне успешной реализации проекта в Островце было приостановлено уже начавшееся в Калининградской области  сооружение Балтийской АЭС (хотя Вильнюс грозит заблокировать покупку энергии и с БАЭС, если она всё же когда-нибудь вступит в строй). Данный проект (планируемая мощность – 2388 МВт) стартовал 16 апреля 2008 года – с соглашения, подписанного «Росатомом» и правительством Калининградской области. Во многом он был связан со стремлением заполнить лакуну, образовавшуюся после закрытия Игналинской АЭС в Литве. Пуск первого энергоблока изначально был запланирован на 2016-й, второго – на 2018 год. Успели возвести стены этого объекта, находящегося в 60 километрах от побережья Куршского залива неподалеку от города Неман, приступили к армированию перекрытий. Однако потом строительство замедлилось (что, по словам главы Минэнерго РФ Александра Новака, было связано с «необходимостью поиска покупателя электроэнергии»), а потом и вовсе практически сошло на нет. Разумеется, эту информацию с восторгом подхватили литовцы, присвоив себе «победу» над «энергетической агрессией» РФ.

Таким образом, Белоруссия потенциально может стать региональным монополистом, способным продавать выработанную в Островце электроэнергию в разные страны Восточной Европы. Но нет сомнений, что прибалты сделают все возможное для того, чтобы сорвать президенту Лукашенко его «энергетический триумф».

Рейтинг Ритма Евразии:
0
0
Отправить в ЖЖ Отправить на email
  Число просмотров:6499