Китайские инвестиции versus российских на пространстве ЕАЭС
08.02.2016 | Нурсулу МАМЕДОВА | 00.04
A
A
A
Размер шрифта:

В настоящее время в Центральной Азии в качестве одного из главных инвестиционных гигантов можно выделить Китай, что объясняется масштабами его экономики, финансовыми резервами и соответственно возможностью крупных капиталовложений. Согласно рейтингу ведущих экономик мира World Economic League Table, составленному Британским центром экономических и деловых исследований, в 2015 г. КНР находилась на втором месте после США с 11385 млрд долл. ВВП, а Россия – на четырнадцатом с 1236 млрд. долл.[1].

Однако сравнение объемов ВВП  Китая и РФ с объемами прямых иностранных инвестиций (ПИИ) в страны ЦА показывает, что российско-центральноазиатские экономические связи интенсивнее, чем китайско-центральноазиатские. К примеру, инвестиции КНР в Казахстан, исходя из имеющихся данных, составляют всего 0,2% от ее ВВП, а России – 1%[2]. Таким образом, несмотря на то, что объемы российской экономики меньше китайской, в Казахстан РФ инвестирует больше Китая, что свидетельствует о более высокой заинтересованности российской стороны в сотрудничестве с Астаной.

При этом следует учитывать тот факт, что существуют определенные проблемы в статистическом учете объемов российских капиталовложений. В частности, согласно данным мониторинга взаимных инвестиций в странах СНГ, проводимого ЦИИ Евразийского банка развития, большая часть активов ведущих российских ТНК – «ЛУКОЙЛ», «ВымпелКом», «Альфа-Банк», «РУСАЛ» и др. – направляются в так называемые перевалочные базы (третьи страны с благоприятным налоговым климатом), откуда их дочерние компании осуществляют финансирование проектов, инициируемых в странах СНГ [3]. Например, «ЛУКОЙЛ» через свою дочернюю компанию Lukoil Overseas Holding Ltd. на Виргинских островах вложила 2,6 млрд  долл. в добычу углеводородов в Казахстане и 1,7 млрд  долл. в Узбекистане[4]. В силу этого зачастую занижаются объемы российских зарубежных капиталовложений  в официальной статистике на 3-4%.

Вместе с тем следует подчеркнуть, что механизм «китайского инвестирования» имеет ряд особенностей, которые в тактическом отношении являются выгодными для стран-реципиентов, однако в долгосрочной перспективе закладывают основу для вовлечения их в экономическую зависимость от Китая.  Во-первых, следует отметить, что КНР, в отличие от России, фактически никогда не списывает долги по кредитам, что обусловлено, прежде всего, тем, что льготные кредиты, беспроцентные займы  и гранты Пекин предоставляет не напрямую, а через китайские государственные компании.

Механизм следующий: Экспортно-импортный банк Китая выделяет льготный кредит для реализации определенного проекта в стране-реципиенте на основании решения правительства КНР, получая за это компенсацию от Министерства торговли [5]. Затем утверждается компания, которая должна данный проект реализовать и которая получает данный льготный кредит, т.е. деньги фактически остаются в Китае, но счет выставляется стране-реципиенту.

Во-вторых, китайские компании осуществляют свою деятельность только при соблюдении двух условий:

  • 50% продукции, необходимой для реализации проекта, будет беспошлинно закупаться в КНР;
  • на работы будет привлечен китайский персонал.

Таким образом, привлечение  китайских инвестиций для стран ЦА сопряжено с созданием небольшого количества рабочих мест, отсутствием перспектив для развития собственного производственного потенциала и одновременно с рисками потери доступа к собственным природным ресурсам, учитывая выдвигаемые Китаем инвестиционные схемы «капитал в обмен на ресурсы». Отсюда определенная индифферентность Пекина к перспективам возврата выделенного кредита  и к инвестиционному климату в стране-реципиенте.

Однако для других инвесторов, действующих в соответствии с общепринятыми инвестиционными принципами, ключевыми условиями являются:

  • комфортные условия ведения бизнеса и налоговый режим;
  • возможность расширения сбыта своей продукции (возможность  экспорта произведенной продукции в стране-реципиенте).

Согласно данным ЦИИ ЕАБР, российские компании проявляют наибольшую инвестиционную активность среди стран СНГ – 84% всех ПИИ в регионе были осуществлены именно ими. На втором месте находятся казахстанские компании с показателем в 29%.

При этом в масштабах ЕАЭС на инвестиционные связи между РК и РФ приходится 47% от всего объема взаимных союзных инвестиций в объеме  25,5 млрд [3]. В этом отношении следует отметить, что инвестиционное взаимодействие между двумя странами обусловлено не столько более благоприятными инвестиционными условиями в Казахстане, как стране-реципиенте российских инвестиций, сколько структурой и ресурсной базой ее экономики, 25% ВВП которой обеспечивается нефтегазовой отраслью [6]. Аналитики ЦИИ ЕАБР отмечают, что в структуре накопленных  в странах СНГ российских инвестиций доминирует именно топливно-энергетический комплекс, а большинство российских инвесторов ориентируется, прежде всего, на нефтегазовые ресурсы потенциальной страны-реципиента капитала.

На втором месте среди приоритетных сфер вложения российского капитала находится сектор связи и информационных технологий, который активно развивается в самой населенной стране ЦА − Узбекистане. В частности, компания «ВымпелКом», входящая в тройку российских «инвестиционных  лидеров» на пространстве СНГ активно наращивает объемы инвестиций в эту страну.

Учитывая все вышеизложенные фаты, представляется возможным объяснить следующую  представленную в табличной и графической форме  картину по объемам накопленных взаимных инвестиций между странами ЦА и Россией, а также динамику изменения объемов российских инвестиций в регионе. 

Объемы накопленных взаимных инвестиций между странами ЦА и Россией на конец 2014 г.

Страна лидер по ПИИ

Вторая страна

Объем взаимных ПИИ

 (млн долл.)

Россия

Казахстан

11 925

Россия

Узбекистан

3781

Россия

Таджикистан

1015

Россия

Кыргызстан

655

Казахстан

Кыргызстан

672

 

Динамика объемов российских инвестиций в странах ЦА (2008-2014 гг.)

В целом объемы капиталовложений российских компаний в страны ЦА варьируются в определенном диапазоне для каждой из них. Основным  получателем российских инвестиций среди стран ЦА является  Казахстан. Однако большой потенциал для взаимодействия существует также с Узбекистаном и Таджикистаном. При этом большая степень корпоративной интеграции с Узбекистаном, чем с членом ЕАЭС – Кыргызстаном, обусловлена главным образом неблагоприятным инвестиционным климатом на неформальном уровне и отсутствием углеводородных ресурсов в последнем. В свою очередь, жесткая вертикаль власти в Узбекистане и Таджикистане дают инвесторам гарантии того, что непубличные отношения с руководством республик обеспечат им  необходимые условия для работы, в том числе в аспекте взаимодействия с местным населением, чего они не смогут получить в КР.

Принимая во внимание обозначенные выше выводы, а также  тот факт, что в Таджикистане и Узбекистане российские инвестиции  в общем объеме накопленных инвестиций составляют 54% и 42% соответственно, то именно эти страны могут рассматриваться в качестве главных претендентов на вхождение в объединение. С другой стороны, достаточно низкие аналогичные показатели в Казахстане (7%) и в Кыргызстане (19%), несмотря на их членство в ЕАЭС, позволяют сделать ряд следующих замечаний:

  • процессы евразийской интеграции находятся на начальном этапе развития, что выступает одним из ключевых факторов слабых инвестиционных связей между членами ЕАЭС;
  • при оценке капиталовложений локомотива евразийской интеграции − России в страны ЦА следует учитывать особенности ведения российского бизнеса, которые не принимаются во внимание официальной статистикой, но превращают РФ в одного из главных инвесторов в регионе;
  • инвестиционный климат в республиках ЦА базируется на системе неформальных договоренностей, что отталкивает инвесторов, нацеленных на взаимовыгодное сотрудничество;
  • структура инвестиций по линии ЕАЭС–ЦА пока слабо дифференцирована, что определяется доминирующим положением топливно-энергетического комплекса.

Исходя из этого, представляется, что будущее инвестиционных отношений между ЕАЭС и странами ЦА зависит от стратегии поведения обеих сторон. Инвесторам ЕАЭС (России и Казахстану) необходимо диверсифицировать сферы вложения капитала. Например, уделить особое внимание инфраструктуре, где в настоящее время лидирующие позиции занимает КНР. Между тем, как показывает опыт американского миллиардера Д. Рокфеллера, важен доступ не столько к ресурсам, сколько к ведущим к ним коммуникациям [7]. В свою очередь, странам ЦА, стремящимся улучшить свои экономические показатели, следует пересмотреть условия взаимодействия с основными инвесторами.

 

[1] World Economic League Table // URL: http://www.cebr.com/welt-2/

[2] Мониторинг прямых инвестиций Беларуси, Казахстана, России и Украины в странах Евразии-2014 // URL: http://www.eabr.org/general//upload/CII%20-%20izdania/2014/%D0%9C%D0%9F%D0%98-2014/%D0%9C%D0%9F%D0%98%20%D0%95%D0%B2%D1%80%D0%B0%D0%B7%D0%B8%D1%8F_%D0%9F%D1%80%D0%B5%D0%B7%D0%B5%D0%BD%D1%82%D0%B0%D1%86%D0%B8%D1%8F.pdf

[3] Мониторинг взаимных инвестиций в странах СНГ 2015 // URL:  http://www.eabr.org/general/upload/CII%20-%20izdania/MonitoringVzaimnikhInvesticii/2015/MVI_2015_Ezhegodnyy_Doklad_rus.pdf

[4]Кузнецов А. Российские прямые инвестиции в странах СНГ (2012) // URL: http://www.intertrends.ru/twenty-ninth/02.htm

[5]Касенова Н. Новый международный донор: Помощь Китая Таджикистану и Киргизстану // URL: http://www.ifri.org/sites/default/files/atoms/files/ifri-rnv36-chinacentralasia-kassenova-rus-january2008.pdf

[6] Обзор налогового режима в нефтегазовой отрасли Казахстана (2011) // URL: http://bsc.kz/Portals/0/Reports/EY/Kazakhstan_OGTG_2011_R.pdf

[7]Грин Р. 48 законов власти и обольщения // URL: http://www.bookol.ru/nauka_obrazovanie/psihologiya/74532/fulltext.htm

Рейтинг Ритма Евразии:
1
0
Отправить в ЖЖ Отправить на email
  Число просмотров:1161