Для Армении европейские инвестиции не заменят российских гарантий безопасности
07.03.2016 | Михаил АГАДЖАНЯН | 00.02
A
A
A
Размер шрифта:

Поставки новых вооружений и военной техники из России в Армению во второй половине февраля заметно приглушили освещаемое в СМИ закавказской республики ведение переговоров Еревана с Брюсселем вокруг заключения нового «большого соглашения». После решения армянского руководства присоединиться к Евразийскому экономическому союзу осенью 2013 года был свернут трёхлетний переговорный марафон, итогом которого должно было стать ассоциативное соглашение Армения – Евросоюз. Тогда европейцы восприняли выбор Еревана крайне нервно, с их стороны даже ставился вопрос о целесообразности полной «инвентаризации» всех отношений с республикой, власти которой поставили Брюссель перед фактом. Впрочем, свой мимолётный гнев в Европе сменили на поиск взаимоприемлемой платформы продолжения сотрудничества с Арменией. Но осадок, как можно понять, в Брюсселе остался до сих пор, равно как и желание помериться силами с Россией на Южном Кавказе в целом и в Армении в частности.

Система, при которой Ереван военно-политически ориентируется на Москву, но стимулы экономического роста в приоритетном порядке изыскивает в отношениях с ЕС, на определённом этапе завладела умами местных внешнеполитических проектантов во власти. Подобная «многовекторность» характерна для ряда постсоветских государств. Однако политическая и экономическая реальности не терпят такого упрощённого подхода. «Суррогатная» интеграция сразу в два клуба, образованных на качественно иных политических и экономических основах, показала свою недееспособность, так и оставшись в области теоретических изысканий армянских функционеров во власти. Поставки природного газа по близкому к внутрироссийским расценкам тарифу, забота о положении трудовых мигрантов на российском рынке, частные трансферты из России, капитал северной державы, контролирующей целые отрасли местной экономики, – всё это достаточно быстро привело в чувство «размечтавшихся» стратегов. Стало ясно, что экономические позиции России в Армении прошли «точку невозврата», после которой не представляется возможным строить далеко идущие планы экономической интеграции республики с Европой.

До сегодняшнего дня отношения Армении и ЕС базируются на соглашении о партнёрстве и сотрудничестве (вступило в силу 1 июля 1999 года). С ноября 2006 года запущен План действий Европейской политики соседства Армения – ЕС. Политико-правовой каркас отношений Брюсселя с Ереваном к 2009 году был дополнен распространением на закавказскую республику положений программы «Восточное партнёрство». С 1 января 2014 года начало действовать соглашение Армения – ЕС об облегчении визового режима и реадмиссии. В марте 2014 года вступил в силу особый двусторонний протокол (подписан в декабре 2012-го), предоставляющий Армении возможность участвовать в ряде программ и агентств ЕС в области образования, культуры, здравоохранения. В ноябре того же года был подписан меморандум о Программе индивидуальной поддержки Армении на 2014-2017 годы в размере до 170 млн. евро.

Главной «фишкой» стартовавших в декабре 2015-го и в текущем месяце принявших предметный характер переговоров является то, что европейцы презентуют ту часть будущего «большого договора», где будут прописаны торговые и инвестиционные отношения сторон. Непременной оговоркой брюссельских чиновников в этой связи стало то, что новый торгово-инвестиционный режим должен формироваться с учётом членства республики в ЕАЭС. Никаких дополнительных выгод к уже имеющимся торговым преференциям армянский партнёр не получит, на него не будут распространены льготы, предусмотренные для подписантов ассоциативных соглашений с ЕС на постсоветском пространстве.

Но по части обещаний по инвестициям европейцы развили заметную активность. Испытывающим традиционно повышенную потребность в получении кредитов, грантов и инвестиционной подпитке извне властям Армении европейцы стали сулить чуть ли не режим наибольшего благоприятствования в этом вопросе. Утверждается, что Евросоюз является крупнейшим финансовым донором, выделяющим порядка 1 миллиона евро в неделю «на развитие страны». Озвучив недавно эту цифру, глава делегации Евросоюза в Армении Петр Свитальский сразу выразил уверенность, что подписанный по итогам переговоров документ будет способствовать привлечению сюда европейских инвесторов. Соглашение станет психологическим сигналом для бизнес-сообщества Европы о том, что к Армении можно и нужно проявлять интерес, подчеркнул дипломат.

В целом Евросоюз позиционируется его функционерами как главный инвестиционный партнёр Армении за все годы её независимости. В какие конкретно сферы поступают достаточно внушительные по масштабам небольшой республики с населением менее 3 млн человек денежные вливания, европейцы почему-то не склонны подробно отчитываться. Если обратиться к коммерческой составляющей денежных поступлений, то и здесь сколь-нибудь значимой экспансии капитала на армянском рынке не ощущается. За исключением крупной инвестиции от немецкого промышленного капитала (компания Cronimet Mining), который с 2005 года вывозит из Армении её главный сырьевой товар – молибденовый и медный концентраты, другие бизнес-проекты с европейским участием воображения не поражают. Есть французская телекоммуникационная компания Orange, которая, однако, летом прошлого года объявила о планах свернуть свои проекты. В банковской сфере присутствуют французский ACBA-Credit Agricole Bank, британский HSBC, с участием немецкого капитала – ProCreditBank (последний также решил уйти с армянского рынка). Но все они явно не в той весовой категории, в которой на здешнем рынке в стратегических отраслях утвердилась Россия. Даже американцы норовят «обставить» возомнивших о себе европейцев, прикупив на юге республики, скажем так, не за самую выгодную для Еревана цену стратегический  Воротанский гидрокаскад.

О том, что путь укрепления торговых и инвестиционных связей Армении с её крупнейшим экономическим партнёром в лице России безальтернативен, в Брюсселе хорошо понимают. Однако при всём этом стараются поддерживать в тонусе армянское направление своих геоэкономических притязаний, в том числе переговорами о «большом договоре» и декларациями об ожидающем Армению инвестиционном «рае». Отметим, что за последние 27 лет прямые иностранные инвестиции в Армению составили 5 трлн драмов (около $10 млрд), из которых 1,7 трлн драмов (примерно $3,43 млрд) поступили из России. Как отмечают армянские экономисты, ни одна страна мира не осуществляла таких инвестиций в республику, начиная с 1990-х, что говорит об особых партнёрских отношениях Москвы и Еревана.

К настоящему моменту наглядно проявился завышенный характер ожиданий ЕС от вовлечения закавказских стран в свою орбиту, для чего некоторые предпосылки сложились в середине «нулевых» годов. Грузия зависла в неопределённости между её европейской и североатлантической перспективами. Азербайджан относится к намерениям европейских и заокеанских «партнёров» по отношению к нему с нарастающим скепсисом. Армения на фоне своих соседей по Южному Кавказу выделяется акцентированным курсом на развитие стратегических отношений с Россией. Платформой таких отношений была и остаётся военно-политическая сфера, в рамках которой выделяется сотрудничество двух союзников по военно-технической линии.

Вот и в эти дни, пока европейцы сотрясают воздух бравыми речами об инвестициях, Россия отправила на авиабазу «Эребуни» истребители МиГ-29, модернизированный МиГ-29С и транспортный вертолёт Ми-8МТ. Авиатехника была доставлена на военный аэродром в Ереван из Краснодарского края самолётами военно-транспортной авиации ВКС РФ. В декабре 2015 года «Эребуни» уже был доукомплектован несколькими ударными Ми-24П и транспортными Ми-8МТ винтокрылыми машинами.

Помимо усиления воздушной компоненты 102-й военной базы России в Армении стартовали оружейные поставки в рамках выделенного Москвой государственного экспортного кредита на $200 млн. Ереван закупает у РФ реактивные системы залпового огня «Смерч», переносные зенитные ракетные комплексы «Игла-С», наземные комплексы радиотехнической разведки «Автобаза-М», тяжёлые огнемётные системы ТОС-1А, бронеавтомобили «Тигр» и другую продукцию военного назначения.

Сложная ситуация на Ближнем Востоке, агрессивные заявления турецкой стороны, озвученные её высокопоставленными представителями в ходе недавних визитов в Киев и Тбилиси, требуют от России усиления южного и юго-западного направлений. Впрочем, это вовсе не означает, что европейские посылы о наращивании торговых и инвестиционных связей с Арменией российские власти «воспринимают в штыки». Ереван и без внушения извне прекрасно отдаёт себе отчёт в том, что разговоры ЕС об инвестициях и тому подобные бесконечные речитативы не являются гарантией её безопасности. Осуществлять перевооружение и модернизацию армянской армии, как и гарантировать защиту границ республики с любого потенциального направления агрессии может только Россия и никто другой.

Что важно отметить, Москва не только с пониманием относится к лёгкому флирту армянского правительства с европейскими кредитными институтами, но и проводит максимально возможный в нынешних условиях курс на учёт мнения всех региональных игроков. Она не намерена отталкивать Азербайджан при всей тяге Баку к продолжению стратегического партнёрства с Турцией. Как и принуждать действующие власти Грузии к отказу от их евроатлантической повестки дня.

Одновременно она выстраивает качественно новый формат отношений с Ираном. Какая из стран региона вовремя сориентируется, оценив потенциал от вступления в предметные политические и экономические связи с Россией и Ираном, не позволит соблазнить себя европейскими кредитами и безвизовым режимом с задыхающейся от мигрантов Европой, станет ясно уже в обозримой перспективе.

Теги: Армения 
Рейтинг Ритма Евразии:
2
0
Отправить в ЖЖ Отправить на email
  Число просмотров:912