Стоит ли России обольщаться саудовскими предложениями?
29.07.2016 | Сергей БАЛМАСОВ | 00.01
A
A
A
Размер шрифта:

Одной из главных тем текущей недели стало предложение, сделанное России Саудовской Аравией (к слову, не первое) относительно отказа от поддержки режима Башара Асада. Взамен Эр-Рияд устами министра иностранных дел принца Адель ад-Джубейра обещает сделать Россию державой с самыми сильными позициями на Ближнем Востоке и даже большим влиянием, чем у СССР. Также к «предпродажному» предложению прилагается обещание новых многомиллиардных инвестиций и даже резкое повышение цен на нефть.

Следует заметить, что ранее Эр-Рияд уже делал похожие попытки «купить» у Москвы режим Б. Асада, но неудачно. В частности, звучали предложения относительно реализации совместных нефтяных проектов и соглашений по военно-техническому сотрудничеству. Однако, несмотря на их внешнюю привлекательность, за редким исключением они так и не были реализованы.

Впрочем, именно в таком виде, как сейчас, саудовские предложения звучат впервые.

Причины саудовской непримиримости к Асаду

Чем же вызвано подобное внимание Саудовской Аравии к России и Сирии? Что заставило ее пытаться сблизиться с Москвой, с которой у нее за время Афганской и чеченских войн сложились, мягко говоря, далеко не самые теплые взаимоотношения?

В первую очередь, изменение ситуации на Ближнем Востоке и в мире в целом. События «арабской весны», уже приведшие к свержению правящих режимов в Тунисе, Египте и Ливии, а также трансформации такового в Йемене, достигли своей кульминационной точки в Сирии. Воспользовавшись народными выступлениями, прежде всего, в суннитских районах, направленными против власти проалавитского правящего режима Б. Асада, Эр-Рияд попытался добить последнего «социалистического» противника в регионе.

Одна из причин их вражды – идеологическая конкуренция двух моделей управления в арабском мире – социализма и монархического строя. До сих пор социалисты (в том числе сирийские баасисты) являлись заклятыми врагами монархии, выступая за перераспределение национальных доходов «из рук узких групп в пользу всех арабов».

Впрочем, при отце нынешнего сирийского президента Хафеза Асада между САР и Саудовской Аравией сложились более или менее стабильные отношения. Они характеризовались чем-то средним между «пактом о ненападении» и осторожным негласным сотрудничеством. В частности, Эр-Рияд формально отказался от попыток дестабилизации сирийского правящего режима, а Дамаск обязался соблюдать саудовские интересы в регионе, в частности в Ливане. Именно на ливанской площадке развивалось осторожное взаимодействие сторон и даже сложилось подобие «разделения труда». Так, например, находившиеся там сирийские войска, по сути, охраняли многомиллиардные саудовские вложения в «арабскую Швейцарию», за что САР имела определенный процент.

Однако с приходом к власти Б. Асада представители его окружения (в частности, руководство спецслужб) попытались осуществить в Ливане передел и «отжать» саудовский бизнес в этой стране, что привело к резкому росту противостояния между Дамаском и Эр-Риядом. Его кульминацией стало убийство в 2005 г. видного просаудовского политика и бизнесмена Рафика Харири, в чем стороны поочередно обвинили друг друга.

В итоге Эр-Рияд признал режим Асада недоговороспособным и фактически объявил ему вендетту. В частности, ему удалось убедить мировое сообщество в «агрессивности» САР и добиться вывода сирийских войск из Ливана, что привело к заметному снижению там влияния Дамаска.

И, наконец, саудитов не могло не беспокоить последовательное усиление в Дамаске их стратегического противника – Ирана, который при Б. Асаде фактически захватил ключевые рычаги управления сирийскими экономикой и финансами, став основным валютным донором. Одновременно сирийская территория стала использоваться Тегераном для поддержки своей ударной силы в Ливане, выступавшей орудием против саудовских интересов – шиитской группировки «Хизбалла».

Выбивание это связующего сирийского звена между Ираном и Ливаном стало для Эр-Рияда в последние годы делом стратегической важности. И сегодня «сирийский» фронт стал не менее важной для Саудовской Аравии ареной противостояния с Ираном, чем другие направления борьбы (бахрейнское, йеменское, «внутрисаудовское» – движение саудовских шиитов в важнейшей нефтедобывающей Восточной провинции).

Вот суть основных претензий Эр-Рияда к САР, не считая их противоречий в Ираке. Соответственно, в том случае, если бы Саудовской Аравии удалось уговорить Москву отказаться от поддержки Б. Асада, ей было бы гораздо проще с ним справиться. Ведь хотя за 10 месяцев непосредственного участия России в сирийском конфликте Дамаску и не удалось кардинально переломить ситуацию в свою пользу, его противники также не смогли развить достигнутые в 2014-2015 гг. успехи.

Что может дать России Саудовская Аравия

В условиях снижения валютных поступлений в российскую казну от экспорта нефти Эр-Рияд, видя нарастающие экономические трудности Москвы, пытается донести до нее, что дальнейшая поддержка Асада становится для неё все более дорогостоящей. Напротив, в случае изменения своей позиции к сирийскому конфликту РФ не только исправит эту ситуацию, но и выиграет на всех направлениях.

Разумеется, в данном случае следует отличать реальные предложения от «фантастики». Вспомним недавно подписанные РФ контракты по ВТС с Египтом. Они стали своего рода саудовским «задатком», демонстрирующим серьезность намерений Эр-Рияда в отношении Москвы. Как известно, сейчас все крупные расходы Египта оплачивают саудиты, у которых он находится «на содержании».

В 2015 г. Саудовская Аравия стала заметно повышать ставки в сирийской «игре». Не случайно параллельно этому «вдруг» активно заработали совместные межправительственные группы двух стран и усилилось обсуждение расширения их экономического взаимодействия.

Тогда же Эр-Рияд открыто заговорил о возможности заметного расширения инвестиционных проектов в России (на данный момент они реализуются главным образом на региональном уровне, в некоторых мусульманских республиках, например в Чечне и Татарстане). Впрочем, наряду с повышением подобных «ставок» саудиты демонстрируют и готовность уклониться от выполнения ранее предложенных России сделок в случае ее отказа от заключения договоренностей.

Именно в таком ключе следует расценивать появившиеся в июле 2016 г. данные о возможном «перенаправлении» крупного контракта на постройку железнодорожных вагонов от РФ Венгрии. Это может нанести серьезный удар по одному из крупнейших предприятий центра страны – Тверскому вагоностроительному заводу, который в условиях нынешнего кризиса и снижения заказов на его продукцию будет с высокой долей вероятности вынужден сокращать свой персонал.

Что же касается возможных саудовских инвестиционных предложений, то Эр-Рияд действительно располагает для этого серьезными финансовыми резервами в размере 0,7-0,75 трлн. долларов. И даже сравнительно небольшая часть этих средств может оживить российскую экономику (в том числе ВПК).

Правда, не сбросить со счетов тот факт, что до сих пор «на бумаге» остаются подписанные в 2007 г. во время визита Владимира Путина в Эр-Рияд многомиллиардные оборонные соглашения.

Однако речь идет не только о самой Саудовской Аравии и не только о сегменте ВТС. Ведь, кроме Египта, она является спонсором и многих других мусульманских государств от Марокко до Индонезии. И перспективные сделки с ними на саудовские средства могут быть очень выгодными для РФ и в перспективе исчисляться ежегодно десятками миллиардов долларов.

Что же касается политической стороны «медали», то тут не все так просто. По сути саудовского предложения именно Эр-Рияд решает, кто из внешних игроков получит преобладание на Ближнем Востоке. Но почему же тогда сама Саудовская Аравия не справится с Ираном, все более заметно действующим на ее собственной территории, как, впрочем, и с самим режимом Асада?

И тут нужно заметить, что упомянутое ад-Джубейром былое влияние СССР было получено нашей страной не в результате каких-то разрешений со стороны саудитов или еще каких-то внешних сил, а исключительно благодаря усилиям самой Москвы.

Владимир Путин с королем Абдаллой во время визита в Саудовскую Аравию в феврале 2007 г.

На кого рассчитано саудовское предложение?

Все это, а также тот факт, что подобные предложения, включая последнее, делаются открыто, во всеуслышание, наводит на мысль, что они нацелены не только и не столько на саму Россию, сколько на других внешних игроков и в первую очередь – США.

Иногда говорят, что Вашингтон в результате «арабской весны» утратил свои позиции в регионе, но это не совсем так. В том числе и потому, что он остается ведущим поставщиком вооружений его государствам, особенно Саудовской Аравии. Другое дело, что поведение американцев в отношении нее всё меньше напоминает прежние союзнические связи между былыми стратегическими партнерами. Это дополнительно продемонстрировал состоявшийся в марте 2015 г. визит президента США Б. Обамы в Эр-Рияд, в ходе которого он фактически публично отчитал саудовского короля за «массовые нарушения прав человека» в его стране и особенно женщин. По местным меркам это было неслыханным оскорблением в адрес богопомазанного монарха со стороны явно неравнозначного ему по статусу «временно управляющего топ-менеджера».

В не меньшей степени саудовские власти были взволнованы усилением американо-иранских контактов, в чем Эр-Рияд усмотрел для себя явную угрозу своему существованию. Попытки же добиться получения четких гарантий защиты против набирающего силу Тегерана не дали явных результатов.

В этих условиях Саудовская Аравия стала развивать «альтернативные» контакты с Израилем (еще одним «обиженным» американским союзником) и Россией. Однако эти действия не следует воспринимать как «окончательный и безоговорочный» антиамериканский разворот.

Как раз подобные открытые информационные вбросы во многом и являются попытками, используя условия американской предвыборной гонки, развернуть курс Вашингтона в прежнее русло. Расчет саудитов здесь вполне определенный – при любом раскладе американские «ястребы» не захотят терять огромные ежегодные сделки на десятки миллиардов долларов. А перспектива их передачи России, с которой США находятся явно не в лучших отношениях, должна дополнительно подстегнуть их ревность относительно потери богатой саудовской «поляны».

С другой стороны, подобные действия саудитов нацелены в том числе на недопущение возможного американо-российского соглашения по Сирии, из которого они были бы исключены. Во всяком случае, их беспокойство в связи с этим становится все более заметным, как и опасения относительно возможной потери турецкой площадки для поддержки сражающихся в Сирии её группировок.

Что же касается России, то для нее дальнейшее обострение ирано-саудовских противоречий представляется выгодным, поскольку это дает ей шанс действительно укрепиться на Ближнем Востоке и в соседних с ним регионах, вроде Южного Кавказа и Средней (Центральной) Азии, без получения каких бы то ни было «разрешений» извне. Этому способствует сама ситуация, при которой два крупных региональных «хищника», судя по всему, надолго увязли в этой борьбе.

Наоборот, даже разговоры о возможности «сдать» Б. Асада означают понижение влияния Москвы в регионе, поскольку, во-первых, торговля суверенитетом вообще является весьма неуважаемым для больших держав делом, а во-вторых, она лишилась бы точек для распространения своего влияния в регионе.

Так что саудовское предложение в том виде, в котором его сделал принц ад-Джубейра, выглядит наигранным и несерьезным. И, скорее всего, адресованным отнюдь не России.

___________________

Фото – https://rusevik.ru/news/256585

Рейтинг Ритма Евразии:
2
0
Отправить в ЖЖ Отправить на email
  Число просмотров:670