События в Закавказье и Турции сулят региону крупные изменения
02.08.2016 | Георгий ВЕКУА | 00.02
A
A
A
Размер шрифта:

Прошедший июль отмечен сразу несколькими событиями, которые могут оказать влияние на ход политических процессов в Южно-Кавказском регионе. Началось все с визита госсекретаря США Джона Керри в Грузию 6-7 июля. Потом 8-9 июля состоялся саммит стран НАТО в Варшаве, в коммюнике которого ряд пунктов касался Грузии. И наконец, неудавшийся военный путч в Турции, который рассматривается многими экспертами как предвестник определенных изменений в этом регионе. Также к данному списку можно прибавить события в Ереване, связанные с захватом вооружённой группой полицейского участка.

Во время визита Дж. Керри встретился с руководством страны, в частности с президентом Георгием Маргвелашвили, премьер-министром Георгием Квирикашвили, главой парламента Давидом Усупашвили. По итогам визита было подписан меморандум между США и Грузией об углублении партнёрства в сфере обороны и безопасности. По словам грузинских официальных лиц, это соглашение поставило точку в «негласном эмбарго» на продажу оружия Грузии, которое действовало после войны 2008 года. Министр обороны Грузии Тина Хидашели, которая покидает свой пост в связи с участием в предвыборной кампании, заявила, что Грузия в будущем сможет получать и наступательные вооружения из стран Запада.

Госсекретарь Керри был более сдержан и говорил лишь о том, что США и страны НАТО и в будущем будут оказывать помощь Грузии, чтобы ее вооружённые силы соответствовали стандартам альянса. Не случайно в коммюнике по итогам саммита стран НАТО был внесён пункт о том, что альянс поможет Грузии в развитии систем ПВО. Как известно, Т. Хидашели делала заявления о том, что её страна закупила современные системы ПВО во Франции. Причём, по словам бывшего министра, после развертывания этих систем ПВО Грузия будет интегрирована в натовскую систему противовоздушной обороны. Но остаётся неясным, насколько тесной будет эта интеграция и какую именно ответственность возьмёт НАТО за обеспечение безопасности воздушного пространства Грузии.

Грузинские политики как из правящей партии, так и из большинства оппозиционных групп традиционно рассматривают движение Грузии к интеграции в Североатлантический альянс в качестве безальтернативного варианта. Соответственно, любые соглашения и шаги на пути углубления сотрудничества Грузии и НАТО воспринимаются ими с оптимизмом, как подтверждение того, что страна в конце концов вступит в блок и станет его полноправным членом. Данная точка зрения разделяется и официальными лицами НАТО, которые постоянно подчёркивают, что ни одна страна, не входящая в блок, не имеет право наложить вето на приём Грузии в НАТО (прозрачный намек на Россию) и вопрос будет решаться лишь на основе готовности страны к вступлению. Если такая готовность будет, Грузия обязательно станет членом альянса.

Однако в последние годы становится все более очевидным тот факт, что ожидать её реального приёма в обозримом будущем не стоит, как и предоставления ей т.н. ПДЧ – плана по достижению членства (он же – MAP). Главная причина – неурегулированные территориальные конфликты Грузии, в частности ситуация с Абхазией и Южной Осетией, которые признаны в качестве независимых Россией. Если не произойдут кардинальные изменения в отношениях России и НАТО, вопрос получения Грузией ПДЧ будет, по всей видимости, постоянно переноситься в неопределённое будущее.

В данной случае, когда ситуация вокруг вступления Грузии в НАТО застопорилась, новое значение приобретают события в Турции. После подавления путча президент Р. Эрдоган приступил к проведению мероприятий, которые уже вызывают серьёзную критику в странах Запада. В частности, речь идёт о массовых арестах и увольнениях с работы не только военных, но и судей, прокуроров, сотрудников полиции, и даже учителей школ и преподавателей вузов. Турецкие официальные лица заговорили о возможности восстановления смертной казни в стране, а сторонники Эрдогана из консервативных и происламистски настроенных слоев населения проводят массовые демонстрации по всей стране, на которых звучат призывы к смертной казни путчистов.

Отношения США и их союзников к нынешнему правящему режиму в Турции явно ухудшились за последние дни, притом что эти отношения нельзя было назвать идеальными и до попытки путча. Некоторые политики и СМИ в западных странах даже заговорили о том, что следует исключить Турцию из НАТО. Правда, вероятность подобного развития событий невысока, так как вряд ли США, Германия и другие ведущие страны альянса пойдут на столь явную изоляцию Анкары, что может привести к непредсказуемым результатам и возникновению крупного очага нестабильности на Ближнем Востоке и Южном Кавказе.

Однако это не значит, что отношения Турции с западными союзниками по блоку в скором времени вернутся к тем, которые существовали еще несколько лет назад. Если Эрдоган сможет укрепить собственный режим, то отношения между ним и такими странами, как США, Германия (страна, которая недавно признала геноцид армян в 1915 году) и другие члены НАТО, будут и в дальнейшем оставаться напряжёнными.

На этом фоне все больше разговоров о том, что внешняя политика Турции постепенно будет разворачиваться в сторону России, Китая, Ирана и других стран, которые не входят в Западный мир. Хотя Анкара остаётся крайне зависимой от западных инвестиций, рынков сбыта и технологий, Китай и частично другие страны и рынки могут в какой-то степени заменить западные рынки для турецкой экономики. Кроме того, правящий режим опирается на те слои населения, которые можно мотивировать не только экономическими показателями, но и патриотизмом, религиозными факторами и т.п., так что определённое ухудшение экономического положения и девальвация валюты не будут смертельными для популярности Эрдогана и его партии у их сторонников.

Таким образом, можно предполагать, что членство Турции в НАТО будет становиться все более условным и в какой-то момент от него может остаться лишь декларация. Такое развитие событий окажет своё влияние и на страны Южного Кавказа, в том числе и на Грузию.

За последние 10-15 лет Грузия традиционно имеет тесные отношения с Турцией и Азербайджаном. Эта страна выступает как бы связующим звеном между двумя тюркскими государствами в условиях, когда Армения блокирована обеими этими странами. В прошлом Турция постоянно выступала с призывами к странам НАТО принять Грузию в состав альянса, но в случае сближения Анкары с Москвой и постепенного отдаления от Вашингтона и Брюсселя шансы Грузии стать членом НАТО становятся еще более призрачными. Вряд ли она откажется от близких отношений с Турцией и Азербайджаном, которые дают ей транзитные возможности и преференции в энергетической области, а также в некоторой степени гарантируют безопасность страны, учитывая наличие крупных массивов азербайджанского населения в юго-восточных областях Грузии, неурегулированной проблемы т.н. турок-месхетинцев и ситуации в Аджарской автономной республике, где примерно половину населения составляет местное мусульманское население, имеющее тесные исторические и культурные связи с Турцией. Если отношения Турции со странами НАТО охладятся, Грузия потеряет одного из активных и крупных стран-лоббистов ее включения в Североатлантический блок, каковых и так не очень много. Более того, Анкара может начать неофициально тормозить данный процесс.

Что касается Азербайджана, отношение этой страны к Западу и НАТО также неоднозначное. Внутренняя политика правящего режима вызывает недовольство в западных столицах. Кроме того, если еще 5-10 лет назад Азербайджан со своими запасами углеводорода и потенциальным транзитным мостом для перекачки туркменского газа в Европу имел довольно серьёзное стратегическое значение для ЕС и США, то сейчас этот фактор значительно ослабел. Во-первых, нефтяные ресурсы страны постепенно истощаются, а газовые запасы не так велики, чтобы обеспечить т.н. энергетическую безопасность хотя бы нескольких стран южной Европы. Во-вторых, вопрос прокладки газопровода из Туркменистана через Азербайджан, Грузию и Турцию до Европы практически снят с повестки дня, и в-третьих, т.н. сланцевая революция изменила расклад сил в петрополитике (нефтегазовой политике) и привела к переориентации энергетических потоков, к чему добавляется активное освоение возобновляемых источников энергии.

Азербайджан потенциально мог бы заинтересовать США и их европейских союзников как некий плацдарм для разыгрывания карты против Ирана, но в условиях сближения России, Турции и Ирана и это направление становится неактуальным. Поэтому, несмотря на риторику властей Баку, которые пытаются заинтересовать НАТО в поддержке территориальной целостности своей страны, она вряд ли может рассчитывать в ближайшее время на устойчивый интерес со стороны ведущих западных государств.

Таким образом, существуют определенные предпосылки для того, чтобы вопрос членства Грузии в НАТО и более долгосрочная перспектива сближения Азербайджана с данным альянсом постепенно теряли актуальность. В таком случае военно-политический расклад в регионе Южного Кавказа значительно изменится по сравнению с нынешним положением, что добавит еще большую интригу и неопределённость всей существующей ситуации в целом.

Теги: Грузия  Турция  
Рейтинг Ритма Евразии:
1
0
Отправить в ЖЖ Отправить на email
  Число просмотров:794