Информационно-аналитическое издание, посвященное актуальным проблемам интеграции на постсоветском пространстве
Сегодня: 30.11.2020 |

В поисках Бога. Казахстан принял Концепцию государственной политики в религиозной сфере

На днях Нурсултан Назарбаев подписал указ «Об утверждении Концепции государственной политики в религиозной сфере Республики Казахстан на 2017-2020 годы». Стратегическими задачами названы совершенствование государственно-конфессиональных и межконфессиональных отношений, развитие светских устоев государства и недопущение использования религии в деструктивных целях.

Примечательно, что правительство, а концепция предполагает комплексный подход к решению проблем и так или иначе затрагивает сферу компетенций многих ведомств, согласовало документ всего за три дня. Ранее лишь поручения главы государства согласовывались так быстро.

Светские принципы в приоритете

В ходе обсуждения концепции премьер-министр Бакытжан Сагинтаев употребил красивую фразу: «Необходимо общими усилиями вести правильную воспитательную и просветительскую работу в религиозной сфере, содействовать укреплению согласия и мирного сосуществования всех концепций. Древняя мудрость гласит: ищите Бога в своём собственном сердце, вы не найдёте его больше нигде. Поэтому наша с вами задача – дойти до сердца каждого». Собственно, в ней и содержится основной смысл документа – гармонизировать усиливающуюся религиозность населения и принципы светского государства.

Структурно концепция состоит из трех разделов: первый – анализ современного положения дел, второй – изложение принципов государственной политики в религиозной сфере и ее направлений, третий – перечень законов и нормативных актов, через которые будет реализована концепция. Поскольку документ имеется в открытом доступе, мы не будем подробно раскрывать его содержание. Обратим внимание лишь на некоторые пункты.

Среди основных подходов государственной политики в религиозной сфере довольно подробно раскрыта идея светских принципов развития государства. В частности, концепция утверждает, что в системе государственного управления и государственной службы приоритетом при принятии решений является национальное законодательство, а не религиозные нормы. Также закреплен приоритет светского подхода в функционировании правоохранительной, судебной, образовательной систем, военной службы, системы здравоохранения, в деятельности СМИ, в культурной сфере и т.д.

Все это, на наш взгляд, вызвано усиливающимися противоречиями между религиозными предписаниями и принципами светского развития государства, порой приводящими к конфликтным ситуациям. Например, в последнее время много скандалов в Казахстане было связано с тем, что школьницы приходили на уроки в хиджабах, мотивируя это религиозностью своих семей. Случались и конфликты в сфере государственных услуг, когда чиновник отказывал гражданам в своевременном обслуживании по причине намаза. Возникали конфликтные ситуации и в сфере здравоохранения, когда родители запрещали вакцинировать ребенка, ссылаясь на религиозные предписания.

Ситуация накалилась до того, что президент страны был вынужден высказать свое мнение относительно усилившейся религиозности граждан. На недавней встрече с представителями ДУМК (Духовное управление мусульман Казахстана) Н. Назарбаев обратил внимание на отсутствие связи между истинной верой и внешними проявлениями религиозности, подчеркнув, что: «В результате непросвещенности наши молодые люди отпускают бороду и подрезают себе брюки. Увеличивается количество казахстанских девушек, которые полностью покрывают себя черными одеяниями. Это не соответствует ни нашим традициям, ни нашему народу…»

Принятая концепция призвана решить эти вопросы, закрепив преимущество национального законодательства перед религиозными требованиями. Кстати, третий раздел концепции содержит 30 правовых актов, включая конституцию страны, посредством которых она будет реализована. Таким образом, закрепляется законодательная основа для сохранения светского принципа государственности. То есть речь идет не о кардинальном изменении подходов государства к регулированию религиозной сферы, а о точечных корректировках действующего законодательства в области государственно-конфессиональных отношений.

Адекватная, но запоздалая реакция

Со всех точек зрения принятие подобной концепции – шаг более чем своевременный. Исламизация общества происходит во всем мире. Это объективный процесс. Эксперты говорят даже не об исламизации, а о реисламизации региона, поскольку ислам в Центральной Азии присутствовал на протяжении многих веков. Правда, в номадических обществах он был весьма своеобразным, и тем не менее. Естественно, что смена общественной формации, новая парадигма развития и связанные с этим социальные проблемы, наложившиеся на идеологический вакуум, а также специфика политической модели РК привели к всплеску интереса к религии.

По принципу «свято место пусто не бывает» этот вакуум начал заполняться различными религиозными идеями и концептами. Причем на начальном этапе не только религиозно радикальными: спектр верований, который существовал в Казахстане в период до начала нулевых, был крайне широк и экзотичен. Но наиболее приспособленными, активными и «технологичными» оказались деструктивные течения ислама. Этому способствовала историческая близость ислама для стран региона и довольно легкомысленная политика, проводимая государством в отношении различных религиозных миссий. Кроме того, региональные религиозные организации, такие как, например, ДУМК, оказались неспособными противостоять влиятельным глобальным силам. По какой-то причине все забыли, что религиозные организации, несмотря на декларируемую независимость, задействованы в работе механизма, связанного с внешнеполитической деятельностью государства. То есть они являются инструментами решения геостратегических интересов.

«Гром грянул» в 2011 году: взрывы в здании департамента КНБ в г. Актобе и у здания СИЗО КНБ в г. Астане, хоть и не были официально признаны террористическими (была использована формулировка – самоподрыв), все же заставили власти насторожиться и обратить внимание на религиозную сферу. А последние теракты заставили власти максимально пристально посмотреть на эту проблему и признать, что террористическая угроза стала реальностью.

К слову, терроризм и подготовка к совершению террористических актов регистрировались в Казахстане и ранее. Исследователи Марат Шибутов и Вячеслав Абрамов в докладе «Терроризм в Казахстане – 2011-2012 годы» отмечают, что с начала 2000-х гг. число осужденных за террористическую деятельность росло, при этом широкой публике данные факты не раскрывались. Конечно, несколько некорректно увязывать все факты терроризма именно с радикализмом, выступающим под именем ислама, но закон больших чисел позволяет сделать такое допущение.

Конечно, следует отметить и то, что заметную роль в возникновении кризисных ситуаций, связанных с проявлениями терроризма и экстремизма, сыграли также внутриполитические противоречия, непростое социально-экономическое положение, а также религиозная безграмотность и невежество граждан, в первую очередь молодежи.

Казахстанская модель межконфессионального согласия

остается актуальной

Особенно болезненно проявления исламского терроризма были восприняты с учетом позиционирования Казахстана как страны, «создавшей уникальную модель межконфессионального согласия».

Кстати, эксперты полагают, что это не является большим преувеличением, и такая формулировка вполне отражает реальность. Например, известный казахстанский религиовед профессор Анатолий Косичненко полагает, что «уровень полиэтничности и многоконфессиональности нашего общества – один из самых высоких в мире. И само по себе сохранение межконфессионального согласия уже довольно уникальное состояние, особенно при имеющихся религиозных противоречиях в современном мире. Другое дело, что эта модель не является раз и навсегда застывшей, она динамично развивается. И это правильно, поскольку модель несколько изменяется вместе с религиозной ситуацией. Но в основе этой модели лежат партнерские взаимодействия двух основных для Казахстана религий – ислама ханафитского мазхаба и православия. И их позитивное взаимодействие во многих сферах является тем стержнем, на который надстраиваются отношения с другими религиями и конфессиями, а также отношения всего религиозного сегмента с государством».

Существование подобной модели дало Казахстану повод инициировать проведение съезда лидеров мировых и традиционных религий и говорить о том, что он стал модератором мирового межрелигиозного диалога. Кстати, на всех форумах (их прошло пять, проведение шестого планируется в 2018 г.) подчеркивалось, что экстремизм, сепаратизм, терроризм и другие формы насилия во имя религий не имеют ничего общего с истинным пониманием религий и являются угрозой для человечества.

Интересно, что практически одновременно с принятием Концепции государственной политики в религиозной сфере Н. Назарбаев учредил премию за поощрение межрелигиозного диалога. Она называется Астанинской премией и предназначается для поощрения религиозных деятелей и гражданских активистов, продвигающих мирную сущность религий. А это значит, что Казахстан, несмотря на все вызовы, не отказывается от своей миссии координатора глобального межрелигиозного диалога.

При этом внутри страны власти стремятся – и это определяется как главная задача – не допустить того, чтобы религия стала политическим фактором. Поэтому цель концепции – дать власти инструменты для мониторинга, контроля и сдерживания процесса политизации религии, чтобы в дальнейшем не пришлось использовать жесткие методы ее подавления.

Рейтинг Ритма Евразии:   1 1
2122
Новости и события
Мы в социальных сетях
Выбор редакции
Документы
Теги
«Заполярный Транссиб» COVID-19 G20 G7 Human Rights Watch OPAL Stratfor SWIFT Wikileaks «35-я береговая батарея» «Saber Strike-2015» «Белая книга» «Евразийская экономическая перспектива» «Жұлдыздар отбасы. Аңыз адам» «Исламское государство» «Меджлис» «Мир без нацизма» «Правый сектор» «Русская школа» «Свобода» «Северный поток-2» «Сила Сибири» «Славянский базар» «Турецкий поток» «Хизб ут-Тахрир» «Южный поток» АБИИ Абхазия Азербайджан Андрей Тарковский АПК Арктика Армения АрМИ АСЕАН Атамбаев АТО АТР АТЭС Афганистан АЭС Байкал Байконур Бандера Белоруссия Бессарабия Ближний Восток Болгария БРИКС Ватикан Ваффен СС Ваффен-СС Великая Отечественная война Великая Победа Великобритания Венгрия ВОЗ Восточное партнёрство ВПК ВТО Вторая мировая война Вьетнам Гагаузия Газпром Галиция Германия ГЛОНАСС Греция Грузия ГУАМ Дальний Восток Демография Дивизия СС «Галичина» ДНР Додон Донбасс Дордой ЕАБР ЕАСТ ЕАЭС ЕБРР Евразия Global ЕврАзЭС Египет ЕС ЕСПЧ ЕЭК ЕЭП Жээнбеков Закарпатье Зеленский ЗСТ ИГИЛ Израиль Индия Индонезия Ирак Иран Ислам Италия Казахстан Карабах Каримов Карпатская Русь Каспий Киево-Печерская Лавра Киргизия Китай КНДР Костюшко Красносельский Крым КСОР Кыргызгаз Лавров Латвия Литва ЛНР Лукашенко МАГАТЭ Македония Манас МВФ Медведев Междуморье Мексика Меркель Меркосур миграция Мирзиёев Молдова Монголия Назарбаев НАТО нацизм Николай II Новороссия НОД НПО ОБСЕ Одесса ОДКБ ОИС ООН Оренбург ОТЛК ОУН ОУН–УПА ОЧЭС ОЭС Пакистан ПАСЕ Первая мировая война Польша Порошенко Православие Пржевальский Прибалтика Приднестровье Путин Рахмон РВСН Россельхознадзор Россия Ростсельмаш РПЦ Румыния русины Русский язык Саргсян Сахалин СБУ Севастополь сельское хозяйство Сербия Сингапур Сирия Следственный комитет России СНГ соотечественники Союзное государство СССР Столыпин США Таджикистан Таиланд Талибан ТАПИ Татарстан Токаев Тоомас Хендрик Ильвес Трамп ТС ТТП Тунис Туркменистан Турция Тюркский совет Узбекистан Украина УНА–УНСО УПА УПЦ КП УПЦ МП Фашизм Финляндия ФМС Франция хлопок Центральная Азия ЦРУ Чехия Чечня Чили Шелковый путь Шойгу ШОС Шухевич Экология энергетика Эстония Югославия Южная Осетия ЮКОС ЮНЕСКО ЮНИДО ЮТС Япония
Видеоматериалы
все видеоматериалы

* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: Международное религиозное объединение «Нурджулар», Международное религиозное объединение «Таблиги Джамаат», Международное общественное объединение «Национал-социалистическое общество» («НСО», «НС»), Международное религиозное объединение «Ат-Такфир Валь-Хиджра», Международное объединение «Кровь и Честь» («Blood and Honour/Combat18», «B&H», «BandH»), Украинская организация «Правый сектор», Украинская организация «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО), Украинская организация «Украинская повстанческая армия» (УПА), Украинская организация «Тризуб им. Степана Бандеры», Украинская организация «Братство», Общероссийская политическая партия «ВОЛЯ», «Высший военный Маджлисуль Шура Объединенных сил моджахедов Кавказа», «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана», «База» («Аль-Каида»), «Асбат аль-Ансар», «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»), «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»), «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»), «Партия исламского освобождения» («Хизб ут-Тахрир аль-Ислами»), «Лашкар-И-Тайба», «Исламская группа» («Джамаат-и-Ислами»), «Движение Талибан», «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»), «Общество социальных реформ» («Джамият аль-Ислах аль-Иджтимаи»), «Общество возрождения исламского наследия» («Джамият Ихья ат-Тураз аль-Ислами»), «Дом двух святых» («Аль-Харамейн»), «Джунд аш-Шам» (Войско Великой Сирии), «Исламский джихад – Джамаат моджахедов», «Аль-Каида в странах исламского Магриба», «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), Джебхат ан-Нусра, Международное религиозное объединение «АУМ Синрике».


При полном или частичном использовании материалов сайта «Ритм Евразии» активная гиперссылка
на главную страницу www.ritmeurasia.org приветствуется.

Точка зрения редакции может не совпадать с мнением авторов.

Яндекс.Метрика