Сегодня: 27.04.2018 |

Долларизация как вирус: изгоняй её, если хочешь окрепнуть

За последние шесть лет доля расчетов в национальных валютах между странами ЕАЭС выросла на 20%. Но для их дальнейшего наращивания существует ряд препятствий, многие из которых напрямую связаны с развитием интеграции.

В январе Центр интеграционных исследований Евразийского банка развития (ЕАБР) выпустил специальный доклад, посвященный роли национальных валют во взаиморасчетах между странами ЕАЭС. С целью его подготовки было опрошено 42 эксперта из всех пяти стран ЕАЭС, а также Таджикистана. Они представляли национальные и коммерческие банки, инвестиционные, промышленные и торговые компании, а также международные организации и транснациональные корпорации. Опрос позволил взглянуть на перспективы финансовой интеграции в ЕАЭС «изнутри», глазами «хозяйствующих субъектов», и выявил целый ряд «подводных камней», препятствующих объединению экономик с точки зрения бизнеса.

Вопрос финансовой интеграции поднимается в ЕАЭС не первый раз. Наиболее радикальные предложения предусматривали введение в Союзе единой валюты по образцу евро. Для новой денежной единицы были предложены даже варианты названий – алтын или евраз. Но до введения единой валюты дело не дошло. Более того, с точки зрения бизнеса ситуация выглядит отнюдь не так радужно. Аналитическое подразделение ЕАБР, в частности, констатирует, что экономическая интеграция в ЕАЭС за последние годы не сопровождалась активными действиями в сфере валютной интеграции, которая откладывалась на более отдаленную перспективу. Причинами этого стали как опасения по поводу потери финансового суверенитета, так и острый геополитической кризис во взаимоотношениях России с США и ЕС, разразившийся после воссоединения Крыма с РФ и начала гражданской войны в Донбассе.

Как ни парадоксально, но именно этот кризис способствовал заметному увеличению доли расчетов между странами ЕАЭС в национальных валютах. Экономические санкции, введенные против РФ, порождали опасения по поводу использования Западом финансовых инструментов для давления на Кремль, в связи с чем применять для расчетов доллар и евро просто опасались. Кроме того, Москва проводила целенаправленную политику по снижению зависимости от доллара и стимулировала переход на расчеты в национальных валютах, причем не только со странами ЕАЭС, но и с Китаем, Индией, Турцией и др.

В условиях неясных перспектив с введением единой евразийской денежной единицы повышение роли национальных валют, по сути, стало единственным способом снизить зависимость от западных финансовых структур, контролирующих долларовые расчеты в глобальном масштабе.

Во внешней торговле стран ЕАЭС сегодня преобладает доллар. За рубеж они поставляют в основном нефтегазовые ресурсы, расчеты за которые производятся в долларах и евро. Между тем внутри ЕАЭС в последнее время фиксируется явная тенденция к увеличению роли российского рубля. Если в 2013 г. его доля составляла 61,8%, то в 2016 г. – уже 74,1%. Расчеты в долларах за это же время сократились с 30,3 до 19,3%, а в евро – с 6,8 до 5,2%. Доля других национальных валют ЕАЭС незначительна, и, по данным за 2016 г., составляет от 0,1 до 0,7% (у казахстанского тенге).


Однако в данных о росте рублевых расчетов есть и ложка дегтя. В денежных операциях, которые не связаны с Россией, по-прежнему в основном используется доллар. Так, в расчетах Белоруссии со странами ЕАЭС (кроме РФ) на него приходится 50%, а у Казахстана и Киргизии этот показатель достигает 80%.

Роль рубля растет и в сфере денежных переводов физических лиц. С 2016 г. российский рубль стал главной валютой СНГ (более 50%). При этом в ЕАЭС его доля превысила 60%, а в Таджикистане, наиболее сильно зависящем от переводов работающих в России трудовых мигрантов, – 80%. На значение рубля в денежных переводах не повлияло даже резкое падение его стоимости в 2014-2015 гг., которое привело к сокращению долларовых поступлений «мигрантозависимых» стран СНГ. Негативной тенденций является то, что рубль используется в основном для мелких переводов, тогда как крупные переводы в основном осуществляются в долларах. По оценке аналитиков ЕАБР, это означает, что функция сохранения стоимости у рубля пока развита слабее по сравнению с мировыми резервными валютами – долларом и евро. Вместе с тем популярность рубля растет по мере стабилизации экономической ситуации, когда риски его использования в денежных переводах снижаются.

На отношение к национальным валютам до сих пор влияет валютный кризис 2014-2015 гг., последствия которого окончательно так и не преодолены. Более того, подавляющее большинство участников опроса (более 90%) в среднесрочной перспективе ожидают повторения кризиса, что также снижает доверие к «евразийским» валютам. Среди негативных факторов, которые могут обернуться новым кризисом, эксперты называют падение сырьевых цен, усиление санкционного давления на РФ, высокий уровень долларизации и чрезмерную роль государства в экономике, управленческую некомпетентность, слабую координацию валютной и антикризисной политики, «плавающий» курс валют, негативно отражающийся на бизнесе, низкую капитализацию банков и геополитическую напряженность вокруг России. Страховкой от ожидаемых потрясений как раз и являются платежи в долларах и евро, которые препятствуют дальнейшему расширению роли национальных валют.

Парадоксально, но 59% экспертов при этом считают, что доля расчетов в «евразийских» валютах все равно возрастет, и лишь 17,4% ожидают снижения их роли. По оценке аналитиков ЕАБР, это означает существование устойчивого запроса на интеграцию и уверенность в ее продвижении. Среди причин, препятствующих расширению роли нацвалют, преобладают экономические и политические. Главной экономической причиной являются высокие издержки при конвертации национальных валют в ходе проведения внешнеторговых операций. По мнению экспертов, связано это с небольшим размером экономик и финансовых рынков ЕАЭС, невысокой долей внутрисоюзной торговли в общем объеме внешнеторговых операций, структурой экономик, их нестабильностью и неразвитостью финансовых рынков, отсутствием механизмов страхования валютных рисков, глобальным доминированием доллара, негарантированностью прав собственности и экономической экспансией Китая.

Некоторые из экономических препятствий носят чисто инструментальный характер. Так, в ЕАЭС отсутствует механизм защиты (страхования) операций в национальных валютах, который на профессиональном языке называется хеджированием (заключение срочных сделок на покупку или продажу иностранной валюты во избежание колебания цен). Расчеты в нацвалютах сегодня ведут к высоким транзакционным издержкам (затратам на перевод денег из одной валюты в другую), которые могут составлять от 1 до 5% суммы контракта. Между тем при использовании доллара такие издержки почти отсутствуют. В ЕАЭС до сих пор нет единого финансового рынка, на котором концентрировались бы сделки со всеми валютами и ценными бумагами. Нет у союзных государств и общей расчетной системы, которая также могла бы сократить транзакционные издержки при валютных операциях.

Политических препятствий заметно меньше, хотя их значение также существенно. К ним относятся периодически обостряющиеся тенденции к усилению экономической закрытости и боязнь утраты экономического суверенитета, неготовность и нежелание вести операции и предоставлять кредиты в национальных валютах, несогласованность антикризисных мер и отсутствие четких долгосрочных планов развития ЕАЭС. Многие из этих препятствий спустя три года после создания Союза выглядят явным анахронизмом. Так, несмотря на внешнюю открытость рынков, для инвесторов из союзных государств нередко создаются неформальные барьеры, а само их присутствие зачастую рассматривается как нежелательное. Это сокращает возможности для инвестиций, а вместе с ними – и для использования нацвалют.

Показательны и претензии по поводу отсутствия стратегических планов развития Союза. ЕЭК неоднократно декларировала планы по созданию общих рынков, но с точки зрения бизнеса и экспертов необходимы проекты, которые реально объединяли бы пространство ЕАЭС на уровне реальной экономики и транснациональных компаний.

В целом же такие фундаментальные проблемы, препятствующие расширению использования национальных валют, как общий размер экономик, сырьевая специализация экспорта и неразвитость финансовых рынков ЕАЭС быстро устранить, конечно, невозможно. Но развивать практические финансовые инструменты типа хеджирования, общего финансового рынка и союзной платежной системы вполне можно. Для расчетов в «евразийских» валютах они могут создать новые стимулы.

Рейтинг Ритма Евразии:   1 1
952
Новости и события
Мы в социальных сетях
Выбор редакции
Документы
Теги
«Заполярный Транссиб» G20 G7 Human Rights Watch OPAL SWIFT Waffen SS Wikileaks «35-я береговая батарея» «Saber Strike-2015» «Белая книга» «Евразийская экономическая перспектива» «Жұлдыздар отбасы. Аңыз адам» «Исламское государство» «Меджлис» «Мир без нацизма» «Правый сектор» «Русская школа» «Свобода» «Северный поток-2» «Славянский базар» «Турецкий поток» «Хизб ут-Тахрир» «Южный поток» АБИИ Абхазия Азербайджан Андрей Тарковский АПК Арктика Армения АСЕАН Атамбаев АТО АТР АТЭС Афганистан АЭС Байкал Байконур Бандера Белоруссия Бессарабия Ближний Восток Болгария БРИКС Ватикан Ваффен СС Великая Отечественная война Великая Победа Великобритания Венгрия Восточное партнёрство ВПК ВТО Вторая мировая война Вьетнам Гагаузия Газпром Галиция Германия ГЛОНАСС Греция Грузия ГУАМ Дивизия СС «Галичина» ДНР Додон Донбасс Дордой ЕАБР ЕАСТ ЕАЭС ЕБРР ЕврАзЭС Египет ЕС ЕСПЧ ЕЭК ЕЭП Жээнбеков Закарпатье ЗСТ ИГИЛ Израиль Индия Индонезия Ирак Иран Ислам Казахстан Карабах Каримов Карпатская Русь Каспий Киево-Печерская Лавра Киргизия Китай КНДР Красносельский Крым КСОР Кыргызгаз Лавров Латвия Литва ЛНР Лукашенко МАГАТЭ Македония Манас МВФ Медведев Мексика Меркель Меркосур миграция Мирзиёев Молдова Монголия Назарбаев НАТО нацизм Николай II Новороссия НОД НПО ОБСЕ Одесса ОДКБ ОИС ООН ОТЛК ОУН ОУН–УПА ОЧЭС Пакистан ПАСЕ Первая мировая война Польша Порошенко Православие Прибалтика Приднестровье Путин Рахмон РВСН Россельхознадзор Россия РПЦ Румыния русины Русский язык Саргсян СБУ Севастополь Сербия Сингапур Сирия Следственный комитет России СНГ соотечественники Союзное государство СССР Столыпин США Таджикистан Таиланд ТАПИ Татарстан Тоомас Хендрик Ильвес Трамп ТС ТТП Тунис Туркменистан Турция Узбекистан Украина УНА–УНСО УПА УПЦ КП УПЦ МП Фашизм Финляндия ФМС Франция Центральная Азия ЦРУ Чечня Чили Шелковый путь Шойгу ШОС Шухевич Эстония Югославия Южная Осетия ЮКОС ЮНЕСКО ЮНИДО ЮТС Япония
Видеоматериалы
все видеоматериалы

* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Хизб ут-Тахрир», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН).


При полном или частичном использовании материалов сайта «Ритм Евразии» активная гиперссылка
на главную страницу www.ritmeurasia.org приветствуется.

Точка зрения редакции может не совпадать с мнением авторов.

Яндекс.Метрика