По мере приближения предвыборной кампании на пост главы киевского режима П. Порошенко явным образом пытается сосредоточить у себя всю полноту власти, уделяя особое внимание её силовой составляющей.
В русле этой тенденции на прошлой неделе произошел ряд примечательных событий: киевский режим 21 июня принял закон о нацбезопасности, бывший глава Донецкой военно-гражданской администрации (ДВГА) П. Жебровский назначен в аудиторскую комиссию НАБУ, а его место занял А. Куць, который ушёл с должности начальника управления СБУ в Донецкой области.
Интересные новации, прежде всего административно-кадровые, внедряет закон о национальной безопасности. Формально этот закон переводит управление сектором безопасности киевского режима на стандарты НАТО, среди которых – гражданский контроль за силовыми структурами и спецслужбами и определённая открытость обществу при принятии решений в этом секторе. Но фактически Порошенко под прикрытием стандартов НАТО попытался укрепить этим законом своё влияние на силовые структуры и перехватить у Авакова руководство МВД и Нацгвардией.
В законе даётся исчерпывающий список всех ведомств и органов (их 15), составляющих сектор безопасности, чьё подчинение главе киевского режима специально оговаривается. Такое перечисление понадобилось, очевидно, для исправления существующей ситуации с излишней самостоятельностью главы МВД Авакова. Сейчас правоохранительные структуры МВД – Нацполиция и Нацгвардия - фактически представляют собой личную армию Авакова и не контролируются Порошенко.
Однако в принятом законе о нацбезопасности Порошенко не смог закрепить за собой однозначное подчинение Нацгвардии. Проект закона, поданный президентом, предполагал, что Нацгвардия в условиях военного положения должна подчиняться главе киевского режима напрямую как главнокомандующему армией. Но в окончательном варианте законопроекта появилась поправка, которая устанавливает двойное подчинение Нацгвардии в особых ситуациях (военное положение и пр.) – главнокомандующему и главе МВД.
Данная поправка – очень симптоматичный момент в дружбе коалиционных «пауков в банке». Очевидно, что НФ и его фактический лидер Аваков подстраховываются от порошенковских соблазнов силового решения проблемы переизбрания на второй срок с попутным уничтожением конкурентов. Также не исключено, что НФ оставляет за собой возможность собственного силового захвата власти в 2019 году безотносительно к результатам голосования. Вполне вероятно, что Аваков рассматривает сценарий уличной борьбы, как весьма вероятный, и готовит для этого собственную армию. А Нацгвардия, насыщенная разного рода карательным и неонацистским сбродом, – главная и, что важно, официальная составляющая аваковского силового ресурса.
Поскольку в законе о нацбезопасности не определён практический порядок двойного управления Нацгвардией в чрезвычайных условиях, конфронтация между двумя главными обладателями силовых ресурсов Порошенко и Аваковым сохраняется. Она отложена и вспыхнет с новой силой в ситуации очередного столкновения интересов.
Порошенко пошёл на принятие этого закона в ситуации, когда не получилось юридически закрепить однозначный контроль главы режима за МВД и Нацгвардией, видимо, в стремлении получить 400 млн. долл. финансирования от НАТО. Киев пытается успеть к встрече НАТО в верхах, куда, как надеется Порошенко, он будет приглашён и сможет отчитаться о крупном шаге по внедрению в сектор безопасности стандартов альянса, а в обмен получить обещанную сумму.
Кроме того, пока Порошенко сохраняет преимущество в конкуренции с Аваковым, это позволяет ему отложить конфликт с главой МВД. На сектор безопасности киевского режима Порошенко влияет двояко: во-первых, путём контроля над кадровой политикой (назначения-увольнения) в Минобороны, СНБО, в командной верхушке ВС режима и спецслужб. И, во-вторых, путём управления деятельностью СНБО, поскольку этот орган контролирует и согласовывает деятельность структур в секторе безопасности и обороны.
Кроме того, СБУ по-прежнему действует без какого-либо парламентского контроля, подчиняясь только личным указаниям Порошенко.
Усиливает влияние Порошенко на силовые и правоохранительные органы рокировка Жебровский–Куць. Жебровский занял в аудиторской комиссии НАБУ (входит три человека) квоту от главы режима. Таким образом, личный друг Порошенко Жебровский в должности члена аудиторской комиссии НАБУ должен сыграть, возможно, решающую роль (вместе с другим человеком Порошенко судьёй Василенко) в нейтрализации главы НАБУ Сытника, который зачастую выполняет для Вашингтона роль «смотрящего» за Порошенко и его вороватым окружением. Дело в том, что критические выводы аудита антикоррупционного бюро являются одним из реальных способов увольнения Сытника.
Роль аудиторской комиссии НАБУ тем более повышается, что антикоррупционный суд (АКС) – ещё один ключевой инструмент контроля Запада над киевским режимом, который должен рассматривать дела, полученные от НАБУ, – будет действовать в формате, определённом США и ЕС. Судей в АКС будет отбирать (хоть и по согласительной процедуре с высшей судейской структурой, подконтрольной Киеву) международная (прозападная) комиссия.
Нейтрализуя НАБУ с помощью аудиторской комиссии, Порошенко выбивает важнейшее звено из антикоррупционной вертикали и в значительной степени нейтрализует АКС. Это очевидные планы Порошенко, но сбудутся ли они – зависит от Запада.
Кроме того, глава режима пытается перенацелить АКС с антикоррупционного преследования собственного окружения на конкурирующих с ним политиков и олигархов, что стало ясно из опубликованной The Washington Post 18 июня статьи Порошенко. В ней глава киевского режима основными противниками реформ и борьбы с коррупцией внутри Украины назвал политиков-популистов и связанных с ними олигархов. Порошенко угрожал, что именно олигархи могут стать первыми потенциальными «клиентами» антикоррупционного суда.
Очевидно, Порошенко пытается занять АКС безвредной для себя и своего окружения деятельностью и одновременно ослабить – финансово и политически – своих конкурентов.
В свою очередь, назначение на должность ДВГА Куця, сделавшего после 2014 года быструю карьеру в СБУ и лично преданного Порошенко, сохраняет за последним полный контроль над общественно-политической ситуацией на оккупированных киевским режимом территориях Донбасса. Поскольку там находится около 2 млн. избирателей, настроенных против Порошенко и в целом антибандеровски, контроль за этим регионом приобретает для главы режима критическое значение в контексте 2019 года.
В условиях деградации права и правовой культуры на Украине после госпереворота 2014 года определяющей в борьбе за власть становится роль обладателей любых силовых ресурсов – и необязательно официальных. Учитывая твёрдое желание Порошенко переизбраться на второй срок и минимальные шансы сделать это законными способами, ставка главы режима на силу в политической борьбе, как и сопротивление ему, очевидно, будут нарастать.
