Транзитный сепаратизм на нефтегазовом пространстве ЕАЭС/СНГ доминирует - Ритм Евразии
Информационно-аналитическое издание, посвященное актуальным проблемам интеграции на постсоветском пространстве
Сегодня: 20.10.2021 |

Транзитный сепаратизм на нефтегазовом пространстве ЕАЭС/СНГ доминирует

Казахстан ввел новые тарифы на транзит российской нефти в КНР. В этой сфере наблюдается тенденция удорожания, что может быть связано с планами Астаны наращивать поставки собственной нефти в Китай. И в этой связи – растущая конкуренция между Казахстаном и РФ за китайский рынок черного золота. Тем более что КНР остаётся крупнейшим импортером последнего.

Впрочем, в ближнем зарубежье нефтетранзитные расценки повышаются и в политических целях. А в целом единой системы введения/корректировки тарифов на транзит газа, нефти и нефтепродуктов пока нет ни в ЕАЭС, ни в экс-СССР.

За период 2000-2018 гг. доля транзита через республики экс-СССР в экспортных поставках российской нефти сократилась примерно на треть – до 40%. Но географические факторы способствуют сохранению российского нефтяного транзита. Прежде всего, это конфигурация сети нефте-, нефтепродуктопроводов и их связок с портами/зарубежными трубопроводами, сформированная еще в 1970-х – середине 1980-х. Хотя в 2000-х введены в действие портово-трубопроводные мощности на российской территории (Балтийская трубопроводная система – БТС-1 и -2; в Туапсе-Новороссийском регионе; в Приморье и Хабаровском крае), преобладающую часть остающегося нефтяного транзита они взять на себя не смогут по географическим причинам.

Это обстоятельство использует ряд постсоветских стран для удорожания российского нефтетранзита и, соответственно,  приобретения дополнительных доходов. Нельзя не упомянуть и то, что транзитно-тарифный «рычаг» используется также с целью добиться от Москвы каких-либо уступок по внешнеторговым и даже политическим вопросам. Такой тренд характерен для белорусской транзитной политики. Но не только.

Так, правительство Казахстана утвердило на днях сравнительно высокий тариф на российский нефтяной транзит в КНР. На 2019-2023 гг. он составит 15 долл./т без учёта НДС (по трубопроводной сети АО «Казтрансойл»). Заметим, что в 2015-2017 гг. усредненный тариф равнялся около 12,5 долл./т (без НДС). Характерно, что с 1 января 2018 г. тарифы на транспортировку нефти в направлении Китая через Казахстан по российской части этой трубы – Прииртышск – Атасу был понижен на 16,7%, а вот Астана с 1 апреля того же года повысила свой тариф в том же направлении (Атасу – Алашанькоу) в 2,5 раза.

Схожий тренд проявляется и в сфере транзита российской нефти через Казахстан в Узбекистан. Напомним, что в сентябре 2017 г. Москва и Ташкент предварительно договорились о поставках нефти из РФ в объеме 3-5 млн. тонн/год на период до 2023 г. включительно (окончательные объемы уточняются на рубежах прошедшего/следующего годов) по трубопроводному маршруту Омск (РФ) – Павлодар – Шымкент (Казахстан) – Шагыр (граница с Узбекистаном). АО «КазТрансОйл» установило стоимость транзита российской нефти через территорию Казахстана в Узбекистан до 31 декабря 2017 г. включительно примерно в 23 доллара за тонну без НДС. Но в январе 2018-го тариф был повышен почти до 26 долл. И не исключено, что тарифный рост продолжится и на данном маршруте  хотя бы потому, что в Казахстане давно заинтересованы в росте поставок своей нефти и в Узбекистан. Чему – по крайней мере косвенно – может способствовать удорожание российского нефтетранзита.

Те же процессы характерны, напомним, и для нефтетранзита через Белоруссию, что обусловлено также тем, что белорусская сторона всё чаще в последние годы «подключает» этот вопрос к ценам на российский газ для белорусской стороны и/или к объемам беспошлинных поставок ей российской нефти. Причем в косвенной форме Минск нередко корректирует эти тарифы в пользу перекачки российской нефти через Белоруссию на порты Латвии и Литвы. Ибо расценки на этих направлениях если и повышаются, то минимально. Хотя Россия уже сократила до минимума транзит нефти и нефтепродуктов через страны Балтии.

То же имело место в 2018 г.: трансбелорусские нефтетранзитные тарифы увеличились на 6,7%, причем в направлении на Польшу, т.е. к передаточному пункту Адамова Застава, транзит черного золота стал наиболее дорогостоящим – 307,2 руб./т. А в направлении портов Латвии и Литвы рост транзитных расценок был, как и прежде, наименьшим.

Как будет в 2019-м и последующие годы, пока неясно. Но в контексте планов Минска, озвученных на днях, по усилению привязки белорусского и трансбелорусского нефтяного транзита к портам Литвы и Латвии резонно предположить, что транзитные расценки Минска к этим портам (и в обратном направлении) наверняка могут снижаться. И, что называется, на встречных курсах для привлечения нефтяного и ненефтяного транзита Рига и Вильнюс всё чаще снижают свои расценки на портовую перевалку, перекачку по нефтепроводам, железнодорожный грузотранзит и т.п.

Что касается транзита нефти через Украину, Киев, похоже, придерживается политконъюнктурной практики, всё чаще чередуя снижение трубопроводных транзитных расценок с их повышением и наоборот. В любом случае до 60-65% объема этого транзита приходится на российскую нефть, но эти перевозки падают уже пятый год. По данным «Укртранснафты», транзит нефти через территорию страны трубопроводным транспортом в Европу в 2018-м уменьшился более чем на 4% – примерно до 13,3 млн. тонн. Почти до половины этого сокращения пришлось на российскую нефть.

В этой связи весьма характерна информация украинского агентства Politekа от 12 января с.г.: «…власти Словакии и Венгрии задумываются о строительстве обходных трубопроводов, которые бы позволили им получать нефть, включая российскую нефть, в обход Украины. Это и логично, так как получение нефти через южное ответвление трубопровода «Дружба» (т.е. по его трансукраинскому маршруту. – Ред.) – лишний крюк и, соответственно, выше тарифы».

Более того: «Восточноевропейские страны давно уже не верят в стабильность перекачки нефти и газа через Украину, пытаясь обрести независимость от ненадежного транзитера. И если по поводу «Северного потока» еще идет дежурная перепалка, то относительно нефтяной диверсификации даже яростные прибалтийские русофобы предпочитают помалкивать».

Словом, в географию и объема нефтяного транзита, как и в нефтетранзитные расценки всё активнее вмешивается политический фактор. Но он, без преувеличения, обладает свойствами бумеранга. Прежде всего, потому, что радикально и тем более в короткие сроки невозможно изменить конфигурацию трубопроводов и связанных с ними портов. Вдобавок нефте- и газопроводы экс-СССР издавна состыкованы с той же инфраструктурой в азиатском и особенно в европейском зарубежье, потому большинство газо- и особенно нефтеэкспортных контрактов предусматривает использование действующих трубопроводно-портовых коридоров.

Но эти факторы, в свою очередь, нередко стимулируют наших соседей на то, чтобы попытаться достичь каких-либо уступок со стороны России. Что тем более стимулируется отсутствием, повторим, единой нефте- и газотранзитной политики как в ЕАЭС, так и в СНГ в целом.

Рейтинг Ритма Евразии:   1 1
3514
Новости и события
Мы в социальных сетях
Выбор редакции
Документы
Теги
«Заполярный Транссиб» COVID-19 G20 G7 Human Rights Watch OPAL Stratfor SWIFT Wikileaks «35-я береговая батарея» «Saber Strike-2015» «Белая книга» «Евразийская экономическая перспектива» «Жұлдыздар отбасы. Аңыз адам» «Исламское государство» «Меджлис» «Мир без нацизма» «Правый сектор» «Русская школа» «Свобода» «Северный поток-2» «Сила Сибири» «Славянский базар» «Турецкий поток» «Хизб ут-Тахрир» «Южный поток» АБИИ Абхазия Азербайджан Андрей Тарковский АПК Арктика Армения АрМИ АСЕАН Атамбаев АТО АТР АТЭС Афганистан АЭС Байкал Байконур Бандера Белоруссия Бессарабия Ближний Восток Болгария БРИКС Ватикан Ваффен СС Ваффен-СС Великая Отечественная война Великая Победа Великобритания Венгрия ВОЗ Восточное партнёрство ВПК ВТО Вторая мировая война Вьетнам Гагаузия Газпром Галиция Германия ГЛОНАСС Греция Грузия ГУАМ Дальний Восток Демография Дивизия СС «Галичина» ДНР Додон Донбасс Дордой ЕАБР ЕАСТ ЕАЭС ЕБРР Евразия Global ЕврАзЭС Египет ЕС ЕСПЧ ЕЭК ЕЭП Жээнбеков Закарпатье Зеленский ЗСТ ИГИЛ Израиль Индия Индонезия Ирак Иран Ислам Италия Казахстан Карабах Каримов Карпатская Русь Каспий Киево-Печерская Лавра Киргизия Китай КНДР Костюшко Красносельский Крым КСОР Курильские острова Кыргызгаз Лавров Латвия Литва ЛНР Лукашенко МАГАТЭ Македония Манас МВФ Медведев Междуморье Мексика Меркель Меркосур миграция Мирзиёев Молдова Монголия Назарбаев НАТО нацизм Николай II Новороссия НОД НПО ОБСЕ Одесса ОДКБ ОИС ООН Оренбург ОТЛК ОУН ОУН–УПА ОЧЭС ОЭС Пакистан ПАСЕ Первая мировая война Польша Порошенко Православие Пржевальский Прибалтика Приднестровье Путин Рахмон РВСН Россельхознадзор Россия Ростсельмаш РПЦ Румыния русины Русский язык Саргсян Сахалин СБУ Севастополь сельское хозяйство Сербия Сингапур Сирия Следственный комитет России Словакия СНГ соотечественники Союзное государство СССР Столыпин США Таджикистан Таиланд Талибан ТАПИ Татарстан Токаев Тоомас Хендрик Ильвес Трамп ТС ТТП Тунис Туркменистан Турция Тюркский совет Узбекистан Украина УНА–УНСО УПА УПЦ КП УПЦ МП Фашизм Финляндия ФМС Франция хлопок Центральная Азия ЦРУ Чехия Чечня Чили Шелковый путь Шойгу ШОС Шухевич Экология энергетика Эстония Югославия Южная Осетия ЮКОС ЮНЕСКО ЮНИДО ЮТС Япония
Видеоматериалы
все видеоматериалы

* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: Международное религиозное объединение «Нурджулар», Международное религиозное объединение «Таблиги Джамаат», Международное общественное объединение «Национал-социалистическое общество» («НСО», «НС»), Международное религиозное объединение «Ат-Такфир Валь-Хиджра», Международное объединение «Кровь и Честь» («Blood and Honour/Combat18», «B&H», «BandH»), Украинская организация «Правый сектор», Украинская организация «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО), Украинская организация «Украинская повстанческая армия» (УПА), Украинская организация «Тризуб им. Степана Бандеры», Украинская организация «Братство», Общероссийская политическая партия «ВОЛЯ», «Высший военный Маджлисуль Шура Объединенных сил моджахедов Кавказа», «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана», «База» («Аль-Каида»), «Асбат аль-Ансар», «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»), «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»), «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»), «Партия исламского освобождения» («Хизб ут-Тахрир аль-Ислами»), «Лашкар-И-Тайба», «Исламская группа» («Джамаат-и-Ислами»), «Движение Талибан», «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»), «Общество социальных реформ» («Джамият аль-Ислах аль-Иджтимаи»), «Общество возрождения исламского наследия» («Джамият Ихья ат-Тураз аль-Ислами»), «Дом двух святых» («Аль-Харамейн»), «Джунд аш-Шам» (Войско Великой Сирии), «Исламский джихад – Джамаат моджахедов», «Аль-Каида в странах исламского Магриба», «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), Джебхат ан-Нусра, Международное религиозное объединение «АУМ Синрике».


При полном или частичном использовании материалов сайта «Ритм Евразии» активная гиперссылка
на главную страницу www.ritmeurasia.org приветствуется.

Точка зрения редакции может не совпадать с мнением авторов.

Яндекс.Метрика