Информационно-аналитическое издание, посвященное актуальным проблемам интеграции на постсоветском пространстве
Сегодня: 16.07.2019 |

Минск предлагает «радикально изменить» лицо ЕАЭС. А лицо Союзного государства?

Вопросы дальнейшей интеграции Белоруссии и России, в первую очередь в рамках Союзного государства (СГ), на сегодняшний день являются одними из наиболее актуальных проблем двухсторонних отношений. За последние несколько месяцев стороны сделали достаточное количество заявлений, свидетельствующих о том, что в Минске и Москве, при взаимном понимании необходимости и дальше идти в одном направлении, смотрят на существующие проблемы по-разному.

Более того, созданные еще в конце 2018 года двухсторонние рабочие группы, которые и должны выработать новые пути развития интеграционных процессов в рамках СГ, вплоть до весны не предлагали никаких конкретных шагов в данном направлении. Между тем, как заявил 4 марта министр экономики Белоруссии Дмитрий Крутой, в рамках их работы планируется «отсеять те направления, которые согласованы, по ним все понятно, и выделить семь-восемь концептуальных, по которым нужно двигаться более углубленно в рамках интеграции».

Лишь в марте стали появляться сведения о том, что Россия передала белорусским коллегам свои предложения. В ответ СМИ Белоруссии распространили информацию о том, что Минск сформулировал ряд предложений по дальнейшей интеграции – обратим особое внимание – в рамках ЕАЭС, «которые в случае их реализации могли бы радикально изменить лицо Евразийского экономического союза». При этом никаких разговоров о том, что белорусские власти готовы предложить в рамках СГ на сегодняшний день, так и не появилось.

Как сообщил на днях «Интерфакс», Беларусь, в частности, предлагает создать целый ряд новых органов ЕАЭС – региональную организацию по стандартизации, координационный орган по продвижению сельхозпродукции, Евразийский центр цифровой трансформации, единый информационный центр (со своим телеканалом, радио и интернет-порталом), открыть представительства Евразийской экономической комиссии в государствах ЕАЭС, третьих странах и при международных организациях, сформировать фонд для поддержки интеграционных проектов в АПК и венчурный фонд.

Еще одна инициатива – создание арбитражного органа для решения конфликтов между государствами ЕАЭС, а также системы досудебного разрешения потребительских споров в электронной торговле в рамках союза.

Также Минск предложил наделить ЕЭК полномочиями по проведению совместных проверок в области применения ветеринарно-санитарных мер.

Наконец, РБ выступила за создание межгосударственного наднационального фонда пенсионного обеспечения и обязательного медицинского страхования трудящихся стран ЕАЭС, а также межгосударственных институтов страхования жилья и недвижимости.

Исходя из происходящего в последнее время, становится очевидным, что белорусская и российская стороны по-разному смотрят на то, в рамках каких постсоветских интеграционных образований должно происходить дальнейшее сближение двух государств. На это указывает ряд как прямых, так и косвенных факторов. Например, в ходе продолжающегося сегодня нефтегазового спора в Москве стали указывать, что даже частичное распространение внутрироссийских условий на Белоруссию до начала работы общих рынков нефти и газа в 2025 г. может состояться только по линии Союзного государства. В данном случае можно вспомнить, что 20 февраля в послании Федеральному Собранию РФ Владимир Путин еще раз высказался за активное углубление взаимодействия двух стран именно в рамках Союзного государства.

При этом в Минске считают необходимым отвязать данную проблематику от вопросов существования СГ, переведя ее на площадку ЕАЭС. В белорусской столице это объясняют тем, что интеграция в рамках Союзного государства уже давно зашла в тупик из-за неготовности России соблюдать паритетный принцип принятия решений, заложенный в Договор 1999 года. Более того, как отметил в конце марта заместитель министра иностранных дел республики Олег Кравченко, теперь «мы можем реализовать наш суверенный интерес в полной степени как член Евразийского экономического союза и развивая отношения с Европейским союзом». По его мнению, именно в ЕАЭС для любого его члена «есть инструменты сделать так, чтобы к его голосу прислушались, но, что важнее, защитить свои интересы, в том числе от некоторых национальных протекционистских решений других членов».

В то же время, несмотря на ряд весьма недвусмысленных заявлений, в том числе и Александра Лукашенко, полностью отказываться от формата СГ белорусские власти не собираются, предлагая свои пути его развития, которые можно свести к трем основным тезисам. Во-первых, интеграция должна идти полностью на равноправной основе, в том числе и при принятии решений относительно распределения доходов от добычи природных ископаемых. Во-вторых, переход к более продвинутым формам финансово-экономического сотрудничества и в первую очередь к созданию общего рынка нефти и газа, который позволил бы Белоруссии закупать углеводороды в России по внутренним ценам и получать российские субсидии. В-третьих, пересмотр функций существующих структур в рамках СГ и ЕАЭС, а также создание, при необходимости, новых, более эффективных органов. При этом стоит отметить, что последнее предлагается белорусскими чиновниками все более настойчиво.

Например, председатель верхней палаты Национального Собрания Белоруссии Михаил Мясникович в феврале предложил создать специальный фонд ЕАЭС, который бы финансировал научно-исследовательские работы для реализации прорывных проектов в сфере машиностроения, электроники, фармакологии, биотехнологий и военной промышленности. Кроме того, заместитель премьер-министра РБ Игорь Петришенко недавно заявил о необходимости укреплять полномочия наднациональных органов в ЕАЭС, чтобы у них были механизмы принуждения к выполнению обязательств, взятых на себя странами-участницами объединения.

Последнее, к слову, объясняется сегодня экспертами достаточно просто – Белоруссии крайне необходимо найти механизмы заставить Россию пойти на уступки в рамках достигнутых договоренностей о свободной торговле и едином энергетическом рынке. В связи с невозможностью это сделать в рамках СГ, механизмы которого, как показывает практика, сегодня не соответствуют сложившимся обстоятельствам, единственно возможным вариантом для Минска является укрепление своих позиций в рамках ЕАЭС. Поэтому неудивительно, что уже не первый год на межгосударственном уровне ходят разговоры о необходимости создания в рамках ЕАЭС общего венчурного фонда, высшего арбитражного органа, единого информационного центра и прочего.

Однако в данном случае необходимо отметить, что нынешние предложения Белоруссии вряд ли смогут быть реализованы, в том числе и из-за разницы политического и экономического устройства стран-участниц ЕАЭС. Официальный Минск, как, впрочем, и Москва, в настоящее время не готовы ни с кем делиться своими полномочиями на национальном уровне. В ином случае, например, у белорусских властей не будет возможности заниматься реэкспортом, а у российских – в одностороннем порядке вводить санкции в отношении иностранной продукции. Создание же наднациональных органов, связанных с экономикой или информационной безопасностью, о которой сегодня так много говорят и в Москве, и в Минске, возможно лишь при проведении странами единой внешней политики. Этого, как показывают события последних лет, добиться не удалось. Поэтому совершенно неудивительно, что на все предложения белорусской стороны в Москве пока смотрят с большой долей скепсиса.

Согласно последним заявлениям российских чиновников, Кремль по-прежнему считает необходимым развивать двухсторонние отношения и в рамках СГ, и в рамках ЕАЭС, не путая эти два объединения друг с другом. Это в том числе подтвердил недавно и российский посол в Белоруссии Михаил Бабич, встречаясь с одним из белорусских оппозиционных политиков Ярославом Романчуком. После их разговора стало известно, что у российской стороны по-прежнему очень много вопросов к белорусским партнерам, в том числе и по промышленной политике.

       

Так, Москва не приемлет тезиса руководства Белоруссии о том, что «давайте в России не создавать параллельных белорусским предприятий, а покупайте наше». При этом в Москве считают, что выравнивание условий для российских и белорусских производителей предполагает переход на другой уровень унификации экономической политики (единая налоговая, таможенная, регуляторная и пр. политика). То есть все то, что было озвучено еще в прошлом году Дмитрием Медведевым – без формирования всех институтов (единого эмиссионного центра, таможни, суда, счетной палаты и пр.), которые заложены в Договор 1999 года, развитие СГ будет бессмысленно. И в данном случае следует помнить, что белорусская модель управления страной серьезным образом отличается от российской, и при нынешнем руководстве республики привести их к единообразию, к сожалению, невозможно.

В целом из сложившейся ситуации становится очевидно, что несоответствие подходов Минска и Москвы к вопросу формы, в которой должна проходить дальнейшая интеграция двух стран, является определяющим фактором, который не позволяет Белоруссии и России прийти к консенсусу. В этой связи никакие новые наднациональные органы, о которых сегодня говорят белорусские чиновники, кардинальным образом исправить ситуацию не смогут. Сторонам прежде следует разобраться с тем, что уже создано в рамках СГ и ЕАЭС, и лишь затем двигаться дальше.

Рейтинг Ритма Евразии:   1 1
3235
Новости и события
Мы в социальных сетях
Выбор редакции
Документы
Теги
«Заполярный Транссиб» G20 G7 Human Rights Watch OPAL SWIFT Waffen SS Wikileaks «35-я береговая батарея» «Saber Strike-2015» «Белая книга» «Евразийская экономическая перспектива» «Жұлдыздар отбасы. Аңыз адам» «Исламское государство» «Меджлис» «Мир без нацизма» «Правый сектор» «Русская школа» «Свобода» «Северный поток-2» «Сила Сибири» «Славянский базар» «Турецкий поток» «Хизб ут-Тахрир» «Южный поток» АБИИ Абхазия Азербайджан Андрей Тарковский АПК Арктика Армения АрМИ АСЕАН Атамбаев АТО АТР АТЭС Афганистан АЭС Байкал Байконур Бандера Белоруссия Бессарабия Ближний Восток Болгария БРИКС Ватикан Ваффен СС Великая Отечественная война Великая Победа Великобритания Венгрия Восточное партнёрство ВПК ВТО Вторая мировая война Вьетнам Гагаузия Газпром Галиция Германия ГЛОНАСС Греция Грузия ГУАМ Дальний Восток Дивизия СС «Галичина» ДНР Додон Донбасс Дордой ЕАБР ЕАСТ ЕАЭС ЕБРР ЕврАзЭС Египет ЕС ЕСПЧ ЕЭК ЕЭП Жээнбеков Закарпатье ЗСТ ИГИЛ Израиль Индия Индонезия Ирак Иран Ислам Италия Казахстан Карабах Каримов Карпатская Русь Каспий Киево-Печерская Лавра Киргизия Китай КНДР Красносельский Крым КСОР Кыргызгаз Лавров Латвия Литва ЛНР Лукашенко МАГАТЭ Македония Манас МВФ Медведев Мексика Меркель Меркосур миграция Мирзиёев Молдова Монголия Назарбаев НАТО нацизм Николай II Новороссия НОД НПО ОБСЕ Одесса ОДКБ ОИС ООН ОТЛК ОУН ОУН–УПА ОЧЭС Пакистан ПАСЕ Первая мировая война Польша Порошенко Православие Пржевальский Прибалтика Приднестровье Путин Рахмон РВСН Россельхознадзор Россия РПЦ Румыния русины Русский язык Саргсян Сахалин СБУ Севастополь Сербия Сингапур Сирия Следственный комитет России СНГ соотечественники Союзное государство СССР Столыпин США Таджикистан Таиланд ТАПИ Татарстан Токаев Тоомас Хендрик Ильвес Трамп ТС ТТП Тунис Туркменистан Турция Узбекистан Украина УНА–УНСО УПА УПЦ КП УПЦ МП Фашизм Финляндия ФМС Франция Центральная Азия ЦРУ Чечня Чили Шелковый путь Шойгу ШОС Шухевич Эстония Югославия Южная Осетия ЮКОС ЮНЕСКО ЮНИДО ЮТС Япония
Видеоматериалы
все видеоматериалы

* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Хизб ут-Тахрир», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН).


При полном или частичном использовании материалов сайта «Ритм Евразии» активная гиперссылка
на главную страницу www.ritmeurasia.org приветствуется.

Точка зрения редакции может не совпадать с мнением авторов.

Яндекс.Метрика