Информационно-аналитическое издание, посвященное актуальным проблемам интеграции на постсоветском пространстве
Сегодня: 16.07.2019 |

«Голодомор» в Казахстане: кино со вкусом западной пропаганды

Предвыборная президентская гонка в Казахстане стартовала на фоне плавно раскачивающейся информационно-пропагандистской кампании «Голодомор казахов», авторы которой, не удовлетворившись эффективностью околоисторической прозы, сделали ставку на «самый важный» вид искусства – кино. В этом они, как ни странно, с В.И. Лениным оказались солидарны. А иначе как объяснить выход в свет в текущем году уже второго, вслед за «Зулматом», документального фильма, в технике заезженной пластинки требующего от мировой общественности признать голод 30-х годов XX столетия в Казахстане геноцидом казахского народа? Речь – о «научно-публицистической» картине «Откочевники мертвой степи», представленной широкой казахстанской публике 6 апреля.

А ларчик просто открывался

Данный кинематографический продукт можно смело отнести к числу тех, что произведены Западом, а «экспортированы» в массовое сознание казахстанцев с благословения самой Аккорды. Если с «Зулматом» причастность официальных властей к показу представлялась лишь как гипотетическая и автором фильма Жанболотом Мамаем категорически отрицалась, то с «Откочевниками…» все встало на свои места. Премьера последнего состоялась на казахстанском телевизионном канале КТК, 83,34% акций которого принадлежат Фонду Первого Президента Республики Казахстан – Лидера Нации, возглавляемому Назарбаевой Даригой Нурсултановной.

А вот несколько примечательных деталей к профессиональному портрету автора фильма, политического и общественного деятеля Досыма Сатпаева, восставшего, по его словам, против попыток «кастрировать, изменить или переписать историю казахов в угоду советской идеологии». Незадолго до отправления в свободное плавание в качестве директора частного культурно-просветительского фонда он являлся членом правления фонда «Сорос-Казахстан», не скупящегося, как известно, на средства достижения «контроля над умами» во имя установления «контроля над миром». А еще ранее занимал должность директора казахстанского представительства Британского института по освещению войны и мира (IWPR), осуществляющего в Центральной Азии наряду с продвижением «демократических ценностей Запада» политику дискредитации идеи евразийской интеграции.

Не менее «говорящим» оказался состав привлеченных к съемкам фильма экспертов: лоббирующая тему «голодомора» казахов в Конгрессе США американский историк Сара Кэмерон; экс-президент фонда «Сорос-Казахстан» Мурат Ауэзов, в 60-е годы XX века являвшийся одним из организаторов неофициального объединения обучавшейся в московских вузах казахской молодежи «Жастулпар», которое было ликвидировано в связи с обвинением его членов в национализме; «жастулпаровец» доктор исторических наук Марат Сембин; бизнесмен, политик, меценат и спортивный функционер Эрлан Кожасбай, в 2012 году задержанный в ОАЭ по запросу Интерпола, будучи обвиненным в хищении крупных денежных средств в период своего руководства департаментом материально-технического снабжения национальной компании «Казахстан Темир Жолы» в 2001 году.

Правда, в этот раз (в отличие от съемок «Зулмата») обошлось без украинских специалистов. С поставленной задачей – «добиться не правды, а эффекта» (строго по Геббельсу) – справились собственными «национальными» силами. Как и в 30-е годы XX столетия.

Зрим в корень

О том, что голод в казахской степи был спровоцирован в том числе местными партийными работниками – представителями коренного этноса, не расскажет ни один апологет теории казахского «геноцида». Более того, виновники тех событий современным Казахстаном героизированы, а в их честь названы улицы и школы. Абдолла Асылбеков, Абдрахман Байдильдин, Изтай Курамысов, Сейткали Мендешев, Абдрахман Айтиев, Елтай Ерназаров, Хамза Жусипбеков – неполный список представителей тогдашней советско-партийной казахской элиты, ценивших, по словам казахского историка Таласа Омарбекова, «свои высокие места выше чаяний народа».

Не прибегни власти суверенного Казахстана к этой уловке, «дело о голодоморе как нациообразующей трагедии» развалилось бы как карточный домик. Как и без главного обвиняемого – Филиппа Исаевича Голощекина, первого секретаря Казахстанского крайкома Коммунистической партии, пребывающего сегодня в топе-5, по версии исторического портала Tarikh.kz, «главных врагов казахской государственности».

В этом и кроется ответ на «наивный» вопрос сотрудника Казахского научно-исследовательского института по проблемам культурного наследия номадов Болата Жанаева, почему «кричат о геноциде при Сталине и Голощекине. Но никто не поднимает вопрос об ответственности той же казахской элиты. Ездили по степи и отбирали скот у казахов ведь не русские, а братья по крови».

Безусловно, национально-кадровый вопрос является одним из ключевых в исследовании причин великого голода в казахской степи, в первой трети XX столетия унесшего жизни почти половину этноса. А отсылает он нас к началу XVII века – в эпоху окончательного распада казахского протоэтноса на три жуза (союза племен), ставших главными групповыми субъектами борьбы за власть в новейшей истории Казахстана.

Советский период не стал исключением. Вопреки уверениям коммунистов в окончательном преодолении племенных пережитков в казахском обществе, «жузовщина» вследствие провозглашенной Сталиным на XII съезде РКП(б) кампании «коренизации» к началу 30-х годов прошлого века расцвела буйным цветом.

По мнению руководителя отдела Средней Азии и Казахстана Института стран СНГ А.В. Грозина, изложенному в его книге «Голод 1932–1933 годов и политика памяти в Республике Казахстан», советская элита Казахстана оказалась по своей сути байской, аристократической и лишь отчасти разночинской, вера в идеалы революции в большинстве случаев носила маскировочный характер, а вся история парторганизации Казобкома-крайкома ВКП(б) стала бесконечной жестокой войной родоплеменных группировок за лидерство, наркомовской чехардой, заговорами-сговорами, подсиживаниями, доносами и докладными в вышестоящие инстанции. Они и дали тотальный размах массовому голоду и последующим репрессиям, прокатившимся по всей Казахской ССР.

Признать это в Казахстане сегодня осмелится не каждый, ведь «жузовщина» и порожденный ею трайбализм по-прежнему являются позорной реальностью социально-политической системы страны, компенсируемой консолидирующими мифами о самом древнем, самом великом и самом справедливом казахском этносе.

Кадры решают все

В декабре 1929 года пленум Казахстанского крайкома ВКП(б), обсуждая пути выполнения пленума ЦК ВКП(б) о принятии «мер для улучшения руководства перестройки сельского хозяйства», постановил, что необходимым условием проведения генеральной линии на индустриализацию и коллективизацию является переход кочевников к оседлому образу жизни – седентаризации.

Не последнюю скрипку в принятии этого решения сыграл казахский литературный критик, публицист и общественный деятель, заведующий отделом печати Казахского крайкома партии Габбас Тогжанов, выпустивший в 1928 году в Кызыл-Орде брошюру «О казакском ауле», обосновавшую, по мысли тогдашних партийных экономистов, готовность казахского аула к коллективизации. Отсутствие у автора фактического материала и поверхностный анализ ситуации, в чем он сам признавался, не мешали ему, однако, считать себя абсолютно правым и обвинять своих оппонентов в том, что они, дескать, «работают не по-марксистски».

А в 1932 году, когда осевших на землю казахов уже вовсю косил голод, другой член правительства, второй секретарь Казахстанского крайкома ВКП(б) Измухан Курамысов, известный высказыванием «кочевье и полукочевье тянут нас назад», утверждал: «В стране нет никакого голода. Это басни алашординцев (Алаш-Орда – центральный орган власти т.н. Алашской автономии, созданной в декабре 1917 г. на территории нынешнего Казахстана. Ликвидирован большевистским Военно-революционным комитетом в марте 1920 г. – Ред.). Если надо, ради революции мы готовы принести в жертву весь казахский народ».

Исследователь А.В. Грозин, изучая методы осуществления коллективизации в Казахстане, отмечал, что, «судя по тогдашним выступлениям Голощекина, он всерьез рассчитывал на осмотрительность партийного и хозяйственного актива, на его способность учета особенностей кочевого и полукочевого хозяйства при оседании и создании колхозов и неоднократно критиковал исполнителей за отсутствие внимательного подхода». Ведь кто, как не они, по справедливому замечанию казахского историка Таласа Омарбекова, «должны были знать психологию своего народа, его быт и культуру и понимать, что конфискация и насильственная коллективизация, форсирование социальных и экономических процессов приведут казахские аулы к катастрофе».

Тем временем, несмотря на принятую 17 декабря 1929 года бюро крайкома ВКП(б) резолюцию о необходимости достижения уровня коллективизации в 1930 году в 30%, уже в апреле того же года было коллективизировано более 73%.

Осложнялась ситуация тем, что перед началом седентаризации и коллективизации у руководства республики не было действенных рычагов воздействия на актив на местах, нередко пользовавшийся директивами крайкома как поводом для «законных» злоупотреблений. Совсем туманными возможности контроля и эффективного управления в раннесоветском Казахстане делали огромные расстояния, отсутствие связи и языковой барьер, ставший еще менее преодолимым с выходом 29 декабря 1926 года постановления Совнаркома КАССР об обязательном переводе делопроизводства на казахский язык. «Но здесь констатируем тот факт, – писал Габбас Тогжанов, – что зачастую наши укомы и уисполкомы не только не руководят волкомами и аульными организациями, но вводят их в заблуждение своими безграмотно переведенными циркулярами и инструкциями».

Одержимая «процентоманией» и карьеризмом (слепой преданностью идеям революции могли похвастаться единицы) молодая партэлита советского Казахстана ускоренными темпами тащила свой народ в пропасть.

***

Пропаганда в условиях информационной войны – вещь далеко не безобидная, особенно когда ставка в ней делается на самый массовый вид искусства – кино, с претензией на научность героизирующее проходимцев и предателей. Как, например, несостоявшегося правителя-гауляйтера Казахстана и Средней Азии Мустафу Шокая – идеолога Туркестанского легиона вермахта, а по версии автора фильма «Откочевники мертвой степи», главного эксперта по «голодомору казахов».

Противостоять подобным историческим пустышкам сложно: создание подлинно исторического документального кино требует куда больше сил и времени. Да и готовы ли постсоветские национальные общества, привыкшие жить под агрессивным натиском дилетантства в виде амбициозного мифотворчества, знакомиться со своей «историей без прикрас»?

И все же делать это необходимо во имя неповторения трагических страниц нашей общей истории.

Рейтинг Ритма Евразии:   1 1
4581
Новости и события
Мы в социальных сетях
Выбор редакции
Документы
Теги
«Заполярный Транссиб» G20 G7 Human Rights Watch OPAL SWIFT Waffen SS Wikileaks «35-я береговая батарея» «Saber Strike-2015» «Белая книга» «Евразийская экономическая перспектива» «Жұлдыздар отбасы. Аңыз адам» «Исламское государство» «Меджлис» «Мир без нацизма» «Правый сектор» «Русская школа» «Свобода» «Северный поток-2» «Сила Сибири» «Славянский базар» «Турецкий поток» «Хизб ут-Тахрир» «Южный поток» АБИИ Абхазия Азербайджан Андрей Тарковский АПК Арктика Армения АрМИ АСЕАН Атамбаев АТО АТР АТЭС Афганистан АЭС Байкал Байконур Бандера Белоруссия Бессарабия Ближний Восток Болгария БРИКС Ватикан Ваффен СС Великая Отечественная война Великая Победа Великобритания Венгрия Восточное партнёрство ВПК ВТО Вторая мировая война Вьетнам Гагаузия Газпром Галиция Германия ГЛОНАСС Греция Грузия ГУАМ Дальний Восток Дивизия СС «Галичина» ДНР Додон Донбасс Дордой ЕАБР ЕАСТ ЕАЭС ЕБРР ЕврАзЭС Египет ЕС ЕСПЧ ЕЭК ЕЭП Жээнбеков Закарпатье ЗСТ ИГИЛ Израиль Индия Индонезия Ирак Иран Ислам Италия Казахстан Карабах Каримов Карпатская Русь Каспий Киево-Печерская Лавра Киргизия Китай КНДР Красносельский Крым КСОР Кыргызгаз Лавров Латвия Литва ЛНР Лукашенко МАГАТЭ Македония Манас МВФ Медведев Мексика Меркель Меркосур миграция Мирзиёев Молдова Монголия Назарбаев НАТО нацизм Николай II Новороссия НОД НПО ОБСЕ Одесса ОДКБ ОИС ООН ОТЛК ОУН ОУН–УПА ОЧЭС Пакистан ПАСЕ Первая мировая война Польша Порошенко Православие Пржевальский Прибалтика Приднестровье Путин Рахмон РВСН Россельхознадзор Россия РПЦ Румыния русины Русский язык Саргсян Сахалин СБУ Севастополь Сербия Сингапур Сирия Следственный комитет России СНГ соотечественники Союзное государство СССР Столыпин США Таджикистан Таиланд ТАПИ Татарстан Токаев Тоомас Хендрик Ильвес Трамп ТС ТТП Тунис Туркменистан Турция Узбекистан Украина УНА–УНСО УПА УПЦ КП УПЦ МП Фашизм Финляндия ФМС Франция Центральная Азия ЦРУ Чечня Чили Шелковый путь Шойгу ШОС Шухевич Эстония Югославия Южная Осетия ЮКОС ЮНЕСКО ЮНИДО ЮТС Япония
Видеоматериалы
все видеоматериалы

* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Хизб ут-Тахрир», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН).


При полном или частичном использовании материалов сайта «Ритм Евразии» активная гиперссылка
на главную страницу www.ritmeurasia.org приветствуется.

Точка зрения редакции может не совпадать с мнением авторов.

Яндекс.Метрика