Информационно-аналитическое издание, посвященное актуальным проблемам интеграции на постсоветском пространстве
Сегодня: 26.10.2020 |

Нефтяной «голод» не должен угрожать Крыму, а угрожает

Крым, по всей видимости, надолго останется без собственного нефтеобеспечения и без нефтегазопереработки. Прежде всего потому, что отечественный нефтяной бизнес не «рискует» работать в регионе ввиду возможного ужесточения против него западных санкций. А также в связи с многолетними проволочками по уточнению ресурсов нефти в примыкающей к Крыму акватории.

Кому не ясно, что такая ситуация работает на ужесточение санкций и вдобавок отнюдь не укрепляет геополитические позиции России в регионе.

На днях Госсовет Крыма согласовал включение Феодосийской нефтяной базы – заметим, одной из крупнейших в южном регионе всего экс-СССР – в план приватизации. В июле глава Крыма Сергей Аксенов сообщал, что на этот актив уже есть три заявителя, «это большие и эффективные покупатели». Однако их названия С. Аксенов не озвучил, сославшись не только на коммерческую тайну, но и на политическую ситуацию вокруг Крыма.

Феодосийская нефтебаза может хранить 250 тыс. тонн и переваливать до 12 млн. тонн нефти в год. Но с 2016-го она работает с низкой загрузкой. Если точнее, еще два года назад Дмитрий Манохин, тогдашний глава регионального управления регулирования топливно-энергетического комплекса ФАС, отмечал, что «нефтебаза в Феодосии используется всего лишь на 10%, а то и меньше». Причем база эта была в составе госпредприятия «Черноморнефтегаз», но года два назад её трансформировали в отдельное акционерное общество: видимо, чтобы затем «избавиться» от неё посредством приватизации?

А ее низкая загрузка обусловлена, прежде всего, повторим, незаинтересованностью практически всех российских нефтяных компаний в работе в Крыму из опасения попасть под западные санкции. И ещё стагнацией проектов развития нефтепереработки в регионе, ибо упомянутые «опасения» распространяются, скорее всего, и на освоение крупных запасов нефти вблизи Крымского побережья.

Нефть вблизи Керчи добывали ещё с 70-х годов XIX века

Проект крымского НПЗ вблизи Керчи был разработан в «украинский» период – в начале 2010-х. В 2014-м уточнён, однако по сей день он остаётся без практического продвижения и, по всей видимости, таковым и останется еще не один год.

Еще в августе 2015 г. главой крымского Минтопэнерго Сергеем Егоровым было заявлено, что «проект по строительству в Крыму нового порта для наливных грузов и НПЗ у озера Тобечикское около Керчи находится пока только в стадии обсуждения. Говорить о его реализации можно лишь после подтверждения запасов углеводородов Прикерченского шельфа». А незадолго до этого ведомством сообщалось, что «Черноморнефтегаз» разработал проект развития прикерченского участка добычи и переработки углеводородов. Совокупная цель проекта – освоение месторождений на примыкающей части шельфа Черного моря; строительство НПЗ и газохимического завода годовой мощностью по сырью в 2 млн. тонн нефти и 1,5 млрд. кубометров газа.

«Черноморнефтегаз» уточнил при этом, что проект находится на рассмотрении правительства Крыма. Хотя опять же «вопрос пока открытый, так как нужно сначала подтвердить запасы на Субботинском месторождении» (основное в прикерченском секторе черноморского шельфа. – Ред.).

Кстати, примерно с тех же пор «завис» и проект нефтепровода в 200-250 км с НПЗ мощностью в 4 млн.тонн/год (по готовой продукции) в Славянске-на-Кубани, географически самом близком к Крыму, на полуостров (то есть в Керчь и далее). Это вариант обеспечения региона нефтепродуктами в случае, если крымский НПЗ будет признан нерентабельным.

Но ни того, ни другого в Крыму нет по сей день. Что весьма похоже на известную ситуацию с давно востребованным проектом общекрымской железной дороги, сроки реализации которого постоянно переносятся из десятилетия в десятилетие.

Карта полезных ископаемых Крыма

Что касается реальных запасов нефти в этом районе, то, по данным того же «Черноморнефтегаза» 2014-2015 гг., в прикерченской морской зоне нефтересурсы составляют 126,8 млн. тонн, газа – 321,2 млрд. кубометров; на шельфе у северо-западного Крыма – не менее 22 млн. тонн и примерно 160 млрд. кубометров.

Со своей стороны, в апреле 2014-го глава Минприроды РФ Сергей Донской заявил, что «запасы нефти на территории Крыма составляют 47 млн. тонн, газа – 165,3 млрд. кубометров, что является достаточно существенным для данного региона. Также есть 18,2 млн. тонн газового конденсата». Всего же в Крыму, по информации министра, «44 месторождения углеводородного сырья, в том числе 10 нефтяных, 27 газовых и 7 газоконденсатных месторождений. Кроме того, на шельфе Черного моря есть 5 месторождений газа и 3 газоконденсатных, на Азовском – 6 газовых месторождений (имеются в виду примыкающие к Крыму районы этих акваторий. – Ред.).

Так почему же вновь и вновь встает вопрос о перманентных «уточнениях» запасов? Не потому ли, чтобы отложить в долгий ящик реализацию упомянутых проектов, а то ведь Запад, глядишь, ужесточит санкции против российского нефтегазового бизнеса?

Такой вывод напрашивается и из того, что С. Аксенов еще в ноябре 2018 г. поставил перед правительством России вопрос о разработке механизма прямых поставок нефтепродуктов на полуостров. Но пока тщетно: крупные российские производители топлива поныне не заявляют о своих реальных планах в Крыму: ни в косвенной форме – через «дочек» и «внучек», ни тем более в прямой. Как отмечает Иван Лизан, эксперт аналитического портала «Сонар-2050» (РФ), главная причина ситуации очевидна: санкции. Российский нефтегазовый бизнес старается вести себя с Крымом «крайне осторожно, чтобы не нарваться на санкции, что, в свою очередь, обернется для них заморозкой многих совместных проектов с западными компаниями и инвестиций от этих компаний». Потому у бизнесменов утвердился взгляд, что «идти в полный рост на пулеметы нет никакого резона».

А где же предпринимательская сметка? Неужто отечественный бизнес совершенно безоружен перед западными санкционерами?

«Санкции санкциями, но зайти в Крым с помощью аффилированных структур («дочерние» и/или совместные предприятия, офшорные юрлица и т. п. – Ред.) крупные нефтяные компании России вполне могут, если на то есть планы, да и политическая воля, – считает директор Центра экономических исследований Института глобализации и социальных движений Василий Колташов. – Работать в крымской «нефтянке» можно и путем создания госпредприятий, которым будут безразличны санкции».

       

Кстати, именно по таким схемам иностранный бизнес внедряется в подсанкционные со стороны Запада Иран, Судан, Северную Корею; внедрялся он по тем же схемам и в ранее подсанкционные КНР, Албанию, Северный Вьетнам, Бирму (ныне Мьянма), на Кубу, в Южную Родезию, ЮАР. Также известно, что по таким же схемам успешно внедряется и работает иностранный бизнес в Крыму, как и в Абхазии, Южной Осетии, Приднестровье.

Как говорится, было бы желание. Но в данном случае нужна еще и политическая воля, причем в первую очередь государства, в состав которого полуостров вернулся по воле крымчан. А интересы бизнеса, как показывает зарубежная практика, включая вышеозначенные примеры, – это еще и интересы государства, где изначально работает бизнес. Если, конечно, для него небезразличны политические интересы и экономическая безопасность этого государства.

________________________

Фото: http://jalita.com/guidebook/crimea/minerals.shtml

Рейтинг Ритма Евразии:   1 1
2493
Новости и события
Мы в социальных сетях
Выбор редакции
Документы
Теги
«Заполярный Транссиб» COVID-19 G20 G7 Human Rights Watch OPAL Stratfor SWIFT Wikileaks «35-я береговая батарея» «Saber Strike-2015» «Белая книга» «Евразийская экономическая перспектива» «Жұлдыздар отбасы. Аңыз адам» «Исламское государство» «Меджлис» «Мир без нацизма» «Правый сектор» «Русская школа» «Свобода» «Северный поток-2» «Сила Сибири» «Славянский базар» «Турецкий поток» «Хизб ут-Тахрир» «Южный поток» АБИИ Абхазия Азербайджан Андрей Тарковский АПК Арктика Армения АрМИ АСЕАН Атамбаев АТО АТР АТЭС Афганистан АЭС Байкал Байконур Бандера Белоруссия Бессарабия Ближний Восток Болгария БРИКС Ватикан Ваффен СС Ваффен-СС Великая Отечественная война Великая Победа Великобритания Венгрия ВОЗ Восточное партнёрство ВПК ВТО Вторая мировая война Вьетнам Гагаузия Газпром Галиция Германия ГЛОНАСС Греция Грузия ГУАМ Дальний Восток Демография Дивизия СС «Галичина» ДНР Додон Донбасс Дордой ЕАБР ЕАСТ ЕАЭС ЕБРР Евразия Global ЕврАзЭС Египет ЕС ЕСПЧ ЕЭК ЕЭП Жээнбеков Закарпатье Зеленский ЗСТ ИГИЛ Израиль Индия Индонезия Ирак Иран Ислам Италия Казахстан Карабах Каримов Карпатская Русь Каспий Киево-Печерская Лавра Киргизия Китай КНДР Костюшко Красносельский Крым КСОР Кыргызгаз Лавров Латвия Литва ЛНР Лукашенко МАГАТЭ Македония Манас МВФ Медведев Междуморье Мексика Меркель Меркосур миграция Мирзиёев Молдова Монголия Назарбаев НАТО нацизм Николай II Новороссия НОД НПО ОБСЕ Одесса ОДКБ ОИС ООН Оренбург ОТЛК ОУН ОУН–УПА ОЧЭС ОЭС Пакистан ПАСЕ Первая мировая война Польша Порошенко Православие Пржевальский Прибалтика Приднестровье Путин Рахмон РВСН Россельхознадзор Россия Ростсельмаш РПЦ Румыния русины Русский язык Саргсян Сахалин СБУ Севастополь сельское хозяйство Сербия Сингапур Сирия Следственный комитет России СНГ соотечественники Союзное государство СССР Столыпин США Таджикистан Таиланд Талибан ТАПИ Татарстан Токаев Тоомас Хендрик Ильвес Трамп ТС ТТП Тунис Туркменистан Турция Тюркский совет Узбекистан Украина УНА–УНСО УПА УПЦ КП УПЦ МП Фашизм Финляндия ФМС Франция хлопок Центральная Азия ЦРУ Чехия Чечня Чили Шелковый путь Шойгу ШОС Шухевич Экология энергетика Эстония Югославия Южная Осетия ЮКОС ЮНЕСКО ЮНИДО ЮТС Япония
Видеоматериалы
все видеоматериалы

* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: Международное религиозное объединение «Нурджулар», Международное религиозное объединение «Таблиги Джамаат», Международное общественное объединение «Национал-социалистическое общество» («НСО», «НС»), Международное религиозное объединение «Ат-Такфир Валь-Хиджра», Международное объединение «Кровь и Честь» («Blood and Honour/Combat18», «B&H», «BandH»), Украинская организация «Правый сектор», Украинская организация «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО), Украинская организация «Украинская повстанческая армия» (УПА), Украинская организация «Тризуб им. Степана Бандеры», Украинская организация «Братство», Общероссийская политическая партия «ВОЛЯ», «Высший военный Маджлисуль Шура Объединенных сил моджахедов Кавказа», «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана», «База» («Аль-Каида»), «Асбат аль-Ансар», «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»), «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»), «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»), «Партия исламского освобождения» («Хизб ут-Тахрир аль-Ислами»), «Лашкар-И-Тайба», «Исламская группа» («Джамаат-и-Ислами»), «Движение Талибан», «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»), «Общество социальных реформ» («Джамият аль-Ислах аль-Иджтимаи»), «Общество возрождения исламского наследия» («Джамият Ихья ат-Тураз аль-Ислами»), «Дом двух святых» («Аль-Харамейн»), «Джунд аш-Шам» (Войско Великой Сирии), «Исламский джихад – Джамаат моджахедов», «Аль-Каида в странах исламского Магриба», «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), Джебхат ан-Нусра, Международное религиозное объединение «АУМ Синрике».


При полном или частичном использовании материалов сайта «Ритм Евразии» активная гиперссылка
на главную страницу www.ritmeurasia.org приветствуется.

Точка зрения редакции может не совпадать с мнением авторов.

Яндекс.Метрика