«Киргизско-русский словарь» Юдахина: когда слова не расходятся с делом - Ритм Евразии
Информационно-аналитическое издание, посвященное актуальным проблемам интеграции на постсоветском пространстве
Сегодня: 23.07.2021 |

«Киргизско-русский словарь» Юдахина: когда слова не расходятся с делом

Перекрестный 2020 год России и Киргизии символично совпал с множеством памятных дат, лишающих скептиков всякой возможности опровергнуть непреложную истину – 165-летний союз народов двух государств вопреки величайшим испытаниям истории всегда был заряжен созидательной энергией дружбы и сотрудничества. А олицетворяют ее выдающиеся евразийцы, достойное место в ряду которых занимает великий русский киргиз Константин Кузьмич Юдахин (1890-1975) – автор легендарного «Киргизско-русского словаря», первое издание которого отмечает в этом году свой 80-летний юбилей.

В 1927 году в СССР стартовал проект переработки и дополнения многотомного труда российского востоковеда-тюрколога, этнографа и археолога В.В. Радлова «Опыт словаря тюркских наречий» (1888–1911 гг.), представлявшего собой богатейшее собрание лексики и фразеологии многочисленных живых и древних тюркских языков. Согласно проекту, составленному членами комиссии, которую возглавил академик С.Ф. Ольденбург, в новом издании словаря планировалось изменить транскрипцию слов, взятых из поэмы Юсуфа Баласагуни «Кутадгу билиг», включить дополнительное количество цитат и пополнить этот фундаментальный труд новым лексическим материалом. Расширить раздел, содержавший лексику киргизского языка, было поручено преподавателю Ленинградского восточного института Константину Юдахину, двумя годами ранее окончившему Среднеазиатский государственный университет (САГУ) в Ташкенте.

Высокое доверие, оказанное молодому ученому, объяснялось серьезным вкладом, который тот уже успел внести в отечественную тюркологию. Еще в годы учебы в САГУ Юдахин был включен в состав научно-педагогической комиссии Туркестанского государственного ученого совета; с 1925 года трудился ученым секретарем Академического центра при отделе народного образования Кара-Киргизской АО; в 1926 году в качестве делегата от Ленинградского института живых восточных языков принимал участие во Всесоюзном тюркологическом съезде, призванном разработать механизмы перехода республик и автономных областей Союза на латиницу; в 1927 году издал «Краткий узбекско-русский словарь» и опубликовал две научные статьи по узбекской диалектологии. За этого «самородка» ручались корифеи тюркологии Е.Д. Поливанов и С.Е. Малов.

Однако, едва приступив к работе, Юдахин, свободно владевший не только киргизским, но и многими другими тюркскими языками, столкнулся с неожиданным препятствием – большое количество слов, входивших в словарь Радлова, оказалось ему незнакомо. Не найдя им объяснения даже в печатных киргизских текстах, для «окончательного выяснения темных мест» лексикограф прибег к поездкам по Киргизии. Обращаясь к помощи своих киргизских друзей – языковедов, писателей, переводчиков, разъяснение многих слов и выражений, связанных со старым бытом, Константин Кузьмич находил у стариков-колхозников. «Вокруг моих вопросов, – с воодушевлением вспоминал он, – возникали споры, что очень часто давало большой и интересный дополнительный материал». С той поры в киргизской глубинке стали слагать легенды об «орусе Жудакине»[1], коллекционирующем понравившиеся ему слова.

Карточки из словарной картотеки Юдахина

«Выезд в поле» в качестве метода сбора материалов для словарей Юдахин перенял у своего учителя и друга Е.Д. Поливанова. В годы работы в Ташкенте тот, надевая узбекский халат, любил ходить в старый город в чайхану, где по пятницам собирались старики из пригородных кишлаков, а значит, звучали говоры на два поколения старше современных, проясняя «пути и направления их эволюции». Или в бытность свою в 1915 году в Японии, переодеваясь буддийским монахом, просиживал у ворот буддийских храмов, собирая материал для работ по японской диалектологии.

Быстро принесли свои плоды и лингвистические экспедиции Юдахина в Киргизию – за год работы у него накопилась внушительная по объему картотека киргизской лексики. И едва он успел задуматься о возможности издания собственного словаря, как от Киргизского народного комиссариата просвещения последовало предложение подготовить рукопись объемом до 20 печатных листов. Все складывалось как нельзя лучше, думал Юдахин, еще не догадываясь о том, что путь словаря к читателю будет пролегать сквозь тернии бюрократического равнодушия.

Осенью 1928 года к работе над словарем по рекомендации Наркомпроса присоединился студент первого курса Ленинградского института востоковедения Хусейин Карасаев. В перспективе тюркологов свяжет основанный на любви к слову крепкий творческий союз, но в 1930 году «по объективным причинам» Карасаев был вынужден от дела отойти. «Молодая киргизская интеллигенция, – рассказывал Юдахин, – была занята работой, результаты которой должны были быть даны не через 10–15 лет, а теперь же; нужны были буквари, книги для чтения, учебники для начальной школы, переводы общественно-политической и научно-технической литературы и т. п. Вот я и остался один».

Перспектива проделать работу, посильную, казалось бы, лишь институту, Юдахина, кстати сказать, совсем не смутила. Более того, одиночество стало стилем его работы. Даже спустя 23 года, в преддверии выхода второго издания «Киргизско-русского словаря», в одном из своих отчетов он называл себя «последним “кустарем-одиночкой” в части тюркской лексикографии».

Весь процесс создания «Киргизско-русского словаря» – от изучения живой киргизской речи, сбора слов, их разъяснения, приведения в систему до подготовки рукописи – занял у Юдахина 10 лет. И результат превзошел все ожидания. Во-первых, охватив основную часть киргизской лексики в пределах 25 тысяч слов, лексикографу удалось отразить более 70 тысяч различных их оттенков и значений.

Во-вторых, в словаре была блестяще воплощена новая в тюркской лексикографии традиция, основоположенная педагогом и драгоманом, автором двухтомного «Сравнительного словаря турецко-татарских наречий, со включением употребительнейших слова арабских и с переводом на русский язык» (1869 г.) Лазарем Захаровичем Будаговым. Она состояла в согласовании и реализации в работе принципов описания, принятых не только в переводных, но и в толковых, и этимологических изданиях.

И наконец, Юдахину удалось зафиксировать значительный пласт стремительно уходившей в небытие лексики, отражавшей старый киргизский быт. Без нее, утверждал исследователь, было бы невозможно ни погружение в богатый мир киргизского фольклора, исследование которого началось в советскую эпоху, ни предстоявший перевод на русский язык эпоса «Манас».

Весной 1935 года, когда окончательная обработка рукописи, осуществлявшаяся с начала 1934 года назначенными редакцией иностранных словарей техническим и политическим редакторами была завершена, Юдахин получил уведомление о том, что без визы обкома партии Киргизии печатание словаря не представляется возможным. Отправлять рукопись в Киргизию по почте автор не решился – в 1932 году уже был случай пропажи на почте примерно 7 печатных листов, восстановление которых по картотеке заняло четыре месяца работы. Поэтому было принято решение доставить ее во Фрунзе лично.

В Киргизском обкоме партии с резолюцией не спешили. Лишь спустя полгода после повторного запроса, сделанного новым заведующим сектором словарей Государственного издательства Советской Энциклопедии, и настойчивых просьб Е.Д. Поливанова «не совершать непростительную ошибку» и «не ставить преграды» опубликованию этой «исключительно ценной работы», для проведения экспертизы словаря во Фрунзе была создана специальная комиссия.

В конце января 1937 года одобренная рукопись вернулась в редакцию, однако утвержденная к этому времени Советом национальностей Верховного Совета СССР новая орфография киргизского языка, участие в разработке которой принимал Юдахин, потребовала частичной переписки словаря. Кроме того, редакция, не удовлетворившись произведенным в обкоме редактированием, решила подвергнуть его очередной проверке, пригласив для этого в качестве редактора киргизской части студента Московского института востоковедения, ничего не смыслившего ни в киргизском языке, ни в лексикографии.

Одновременно рукопись была разослана для рецензирования членам Всесоюзного центрального комитета нового алфавита при президиуме Совета национальностей ЦИК СССР, составивших некий черный список обнаруженных в словаре неприличных слов и выражений. «”Бдительность” тогда перешла всякие границы, – спустя много лет с иронией вспоминал Юдахин, – ЦК нового алфавита взялся за рецензирование, раздав отдельные части рукописи рецензентам, большинство которых не имело представления ни о словарной работе, ни о тюркских языках вообще, ни о киргизском – в частности. Посылались зубодробительные рецензии. Главный “порок” словаря – лексика не трудового народа, а бай-манапская. Предлагалось, например, исключить слово бешбармак[2], т.е. на него, мол, баи и манапы резали овец. Как бы там ни было, но “рецензенты” получили из кассы ЦК нового алфавита 13500 рублей. А весь мой гонорар выразился в сумме 15000 р.».

В 1938 году, когда репрессии, а вместе с ними и цензура достигли своего пика и процесс издания словаря окончательно зашел в тупик, вымотанный всевозможными проволочками Юдахин отправляет в Киргизский обком ВКП(б) письмо следующего содержания: «Мытарства, связанные с продвижением Словаря к печатному станку, до того издергали меня, что я решил похоронить рукопись, над которой упорно сидел 10 лет. Продолжать борьбу у меня нет больше сил».

Несмотря на острый лексикографический голод, который испытывали в это время киргизские ученые-просветители, коренным образом ситуация изменилась лишь спустя год, когда словарь Юдахина под свое покровительство принял Ученый совет Института востоковедения АН СССР. С его положительным решением рукопись вернулась в издательство, и в 1940 году, «сохранив свое лицо», «Киргизско-русский словарь» вышел в свет.

Словарь 1940 г. издания

За всю историю киргизского литературного языка его смог превзойти лишь второй «Киргизско-русский словарь», изданный в 1965 году. Работая над ним и мечтая создать «тюркологическую “конфетку”», его автор – общепризнанный основоположник тюркской лексикографии Константин Кузьмич Юдахин – еще не знал, что труд всей его жизни станет воистину титановой скрепой киргизско-русского духовного единства.

Памятник Константину Юдахину у здания Кыргызского национального университета

 

[1] Орус – в пер. с кирг. «русский», Жудакин – огласовка на киргизский манер фамилии Юдахин.

[2] Бешбармак – традиционное мясо-мучное блюдо тюркоязычных народов.

Рейтинг Ритма Евразии:   1 1
4070
Новости и события
Мы в социальных сетях
Выбор редакции
Документы
Теги
«Заполярный Транссиб» COVID-19 G20 G7 Human Rights Watch OPAL Stratfor SWIFT Wikileaks «35-я береговая батарея» «Saber Strike-2015» «Белая книга» «Евразийская экономическая перспектива» «Жұлдыздар отбасы. Аңыз адам» «Исламское государство» «Меджлис» «Мир без нацизма» «Правый сектор» «Русская школа» «Свобода» «Северный поток-2» «Сила Сибири» «Славянский базар» «Турецкий поток» «Хизб ут-Тахрир» «Южный поток» АБИИ Абхазия Азербайджан Андрей Тарковский АПК Арктика Армения АрМИ АСЕАН Атамбаев АТО АТР АТЭС Афганистан АЭС Байкал Байконур Бандера Белоруссия Бессарабия Ближний Восток Болгария БРИКС Ватикан Ваффен СС Ваффен-СС Великая Отечественная война Великая Победа Великобритания Венгрия ВОЗ Восточное партнёрство ВПК ВТО Вторая мировая война Вьетнам Гагаузия Газпром Галиция Германия ГЛОНАСС Греция Грузия ГУАМ Дальний Восток Демография Дивизия СС «Галичина» ДНР Додон Донбасс Дордой ЕАБР ЕАСТ ЕАЭС ЕБРР Евразия Global ЕврАзЭС Египет ЕС ЕСПЧ ЕЭК ЕЭП Жээнбеков Закарпатье Зеленский ЗСТ ИГИЛ Израиль Индия Индонезия Ирак Иран Ислам Италия Казахстан Карабах Каримов Карпатская Русь Каспий Киево-Печерская Лавра Киргизия Китай КНДР Костюшко Красносельский Крым КСОР Кыргызгаз Лавров Латвия Литва ЛНР Лукашенко МАГАТЭ Македония Манас МВФ Медведев Междуморье Мексика Меркель Меркосур миграция Мирзиёев Молдова Монголия Назарбаев НАТО нацизм Николай II Новороссия НОД НПО ОБСЕ Одесса ОДКБ ОИС ООН Оренбург ОТЛК ОУН ОУН–УПА ОЧЭС ОЭС Пакистан ПАСЕ Первая мировая война Польша Порошенко Православие Пржевальский Прибалтика Приднестровье Путин Рахмон РВСН Россельхознадзор Россия Ростсельмаш РПЦ Румыния русины Русский язык Саргсян Сахалин СБУ Севастополь сельское хозяйство Сербия Сингапур Сирия Следственный комитет России СНГ соотечественники Союзное государство СССР Столыпин США Таджикистан Таиланд Талибан ТАПИ Татарстан Токаев Тоомас Хендрик Ильвес Трамп ТС ТТП Тунис Туркменистан Турция Тюркский совет Узбекистан Украина УНА–УНСО УПА УПЦ КП УПЦ МП Фашизм Финляндия ФМС Франция хлопок Центральная Азия ЦРУ Чехия Чечня Чили Шелковый путь Шойгу ШОС Шухевич Экология энергетика Эстония Югославия Южная Осетия ЮКОС ЮНЕСКО ЮНИДО ЮТС Япония
Видеоматериалы
все видеоматериалы

* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: Международное религиозное объединение «Нурджулар», Международное религиозное объединение «Таблиги Джамаат», Международное общественное объединение «Национал-социалистическое общество» («НСО», «НС»), Международное религиозное объединение «Ат-Такфир Валь-Хиджра», Международное объединение «Кровь и Честь» («Blood and Honour/Combat18», «B&H», «BandH»), Украинская организация «Правый сектор», Украинская организация «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО), Украинская организация «Украинская повстанческая армия» (УПА), Украинская организация «Тризуб им. Степана Бандеры», Украинская организация «Братство», Общероссийская политическая партия «ВОЛЯ», «Высший военный Маджлисуль Шура Объединенных сил моджахедов Кавказа», «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана», «База» («Аль-Каида»), «Асбат аль-Ансар», «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»), «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»), «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»), «Партия исламского освобождения» («Хизб ут-Тахрир аль-Ислами»), «Лашкар-И-Тайба», «Исламская группа» («Джамаат-и-Ислами»), «Движение Талибан», «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»), «Общество социальных реформ» («Джамият аль-Ислах аль-Иджтимаи»), «Общество возрождения исламского наследия» («Джамият Ихья ат-Тураз аль-Ислами»), «Дом двух святых» («Аль-Харамейн»), «Джунд аш-Шам» (Войско Великой Сирии), «Исламский джихад – Джамаат моджахедов», «Аль-Каида в странах исламского Магриба», «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), Джебхат ан-Нусра, Международное религиозное объединение «АУМ Синрике».


При полном или частичном использовании материалов сайта «Ритм Евразии» активная гиперссылка
на главную страницу www.ritmeurasia.org приветствуется.

Точка зрения редакции может не совпадать с мнением авторов.

Яндекс.Метрика