Информационно-аналитическое издание, посвященное актуальным проблемам интеграции на постсоветском пространстве
Сегодня: 13.08.2020 |

Что ожидает рынок вина в ЕАЭС?

Пандемия коронавирусной инфекции внесла значительные коррективы в жизнь большинства стран мира. При этом COVID-19 коснулся не только сфер экономики и политики, но и повседневной жизни людей. Из-за режима самоизоляции повсеместно возросло потребление горячительных напитков, а онлайн-торговля ими стала набирать небывалую скорость. На этом фоне возник закономерный вопрос, в каком сегодня состоянии находится рынок алкогольной продукции в Евразийском экономическом союзе и что его ожидает в будущем?

Если обратиться к общей ситуации в сфере торговли алкоголем в ЕАЭС, то становится очевидно, что проблем в ней достаточно много. И как бы участники объединения ни стремились решить существующие между собой противоречия последних лет, процесс урегулирования спорных моментов все еще далек от своего завершения. Примечательно то, что, как и в случае с большинством товарных позиций, оборот которых осуществляется в ЕАЭС, многое в решение проблемы торговли алкоголем зависит от России.

Можно вспомнить, что главной проблемой взаимоотношений по вопросу оборота алкогольной продукции является установление норм акцизов и существующие между странами таможенные барьеры. Например, в Белоруссии действует режим «специмпортеров», а в России по-прежнему существует целый ряд препятствий для импортного алкоголя, включая дорогостоящее лицензирование.

Переговоры по решению данных проблем в ЕАЭС ведутся не первый год. Еще в 2012 году шла речь о необходимости регулирования норм акцизов, которые позволили бы алкогольной продукции стран союза конкурировать на равных не только между собой, но и с завезенным на территорию объединения импортным алкоголем. Однако до настоящего времени так и не принято решения, которое в полной мере удовлетворило бы всех. Правда, в 2019 году стороны все же смогли найти определенный консенсус в отношении диапазона отклонений от ориентировочных ставок акцизов на алкоголь. Кроме того, был принят технический регламент ЕАЭС «О безопасности алкогольной продукции», который с 2021 года должен позволить обеспечить обращение алкоголя в Союзе без дополнительных требований. Однако все это пусть и упрощает торговлю горячительными напитками в ЕАЭС, но не решает всех существующих проблем. Особенно если учитывать, что главным рынком сбыта является Россия, где до последнего времени не были готовы ущемлять своих производителей в угоду партнерам по ЕАЭС.

В то же время, как показывают последние события, в Москве с каждым годом все больше приходят к пониманию, что идти на уступки все же придется, хотя российские производители смотрят на это с большой долей скептицизма. Так, например, в России решили всерьез взяться за торговлю вином. При этом, как считают аналитики, нынешние решения российских властей носят неоднозначный характер.

С одной стороны, Москва действительно стала делать шаги навстречу свои партнёрам по ЕАЭС. В частности, в начале июля Государственная дума РФ приняла закон о торговле вином, изготовленным в Евразийском экономическом союзе, его потреблении и рекламе на специализированных ярмарках. Согласно ему, винные ярмарки, на которых будет представлена продукция из стран ЕАЭС, могут длиться две недели. На них будет разрешено не только торговать вином и шампанским, но и рекламировать их, а также проводить дегустацию. При этом оговаривается, что представленное на ярмарках вино должно быть изготовлено только из винограда, выращенного в этих странах.

Кроме того, 21 июля стало известно, что российские парламентарии после двух лет обсуждения приняли поправки в закон «О рекламе». Согласно им, в России разрешается реклама вина и шампанского, произведенных странами ЕАЭС, но вновь только «из выращенного на территориях соответствующих государств-членов Евразийского экономического союза винограда, при условии подтверждения места произрастания такого винограда в порядке, установленном правом Евразийского экономического союза». В настоящее время подобная реклама разрешена только для вин и шампанских, произведенных в РФ из выращенного на ее территории винограда. Их можно рекламировать на выставках пищевой продукции, за исключением детской, а также на телевидении и радио с 23 часов до 7 часов.

Что касается рекламы вина, произведенного в государствах-членах ЕАЭС, то пока она разрешается только на выставках пищевой продукции и выставках организаций общественного питания. К слову, требование к производителям ЕАЭС подтверждать, что виноград был выращен на территории их стран, довольно прохладно воспринимается в Белоруссии, где с производством собственного качественного сырья по объективным причинам существуют проблемы. Чего нельзя сказать об Армении или Киргизии.

С другой стороны, последние решения и общая направленность современной российской политики в отношении производителей вина ставят последних в определенный тупик. Разрешая участникам ЕАЭС свободно рекламировать свою винную продукцию, власти РФ в самой стране условия производства и торговли вином только усложняют. Например, 26 июня в силу вступил закон о виноградарстве и виноделии, который прописывает требования к маркировке, производству и продаже вина, а также меры господдержки. Согласно ему, «вином России» можно называть только вино, произведенное на 100% из отечественного винограда. Российская же продукция из иностранного виноматериала может называться лишь «виноградосодержащим напитком», а на бутылках и на полках должна быть надпись – «Не является вином».

Данный закон уже вызвал волну возмущения среди российских производителей, которые заявили, что в стране попросту нет достаточного количества собственного виноматериала. Согласно статистике, площади виноградников в РФ в 2019 году составили 95,9 тыс. га, а для обеспечения отрасли сырьем надо не менее 200-250 тыс. га, для чего может потребоваться 10 лет.

При этом данное решение входит в противоречие с рядом документов ЕАЭС. Так, по упомянутому выше техрегламенту «О безопасности алкогольной продукции», на территории союза не предусматривается никаких ограничений по стране происхождения виноматериала и смешиванию своего и импортного вина. Кроме того, нет в нем и понятия «вино России». Поэтому, как считают эксперты, из-за несоответствия российского закона регламенту ЕАЭС в будущем вполне возможны проблемы в правоприменительной практике.

Более того, нет подобных ограничений и в национальных законодательствах стран-участниц ЕАЭС. Так, в Белоруссии вино называется вином вне зависимости от того, где оно произведено. В республику сырье импортируют из Молдавии, Грузии, Чили и ряда других стран, что лишь обозначается на этикетках как «виноматериал». Никакой маркировки по типу «виноградосодержащих напитков» в стране официально делать пока не требуется.

Кроме того, стоит помнить, что до сих пор не ясно, как в России будут проверять то, что напитки изготовлены из своего сырья, так как в отличие от РФ, где создается реестр виноградных насаждений, в рамках ЕАЭС такой практики нет. Правда, как отмечают аналитики, серьезной конкуренции российским виноделам из стран ЕАЭС пока ждать не приходится. За последние годы доля вина и шампанского из стран Союза остается небольшой. Как правило, из Армении на российский рынок поступает коньячная продукция, из Белоруссии – чаще всего фруктово-ягодные напитки и крепкий алкоголь, а вин из Киргизии и Казахстана в России практически нет. Да и в общем объеме алкогольной продукции в РФ страны ЕАЭС занимают крайне незначительное место по сравнению не только с местными производителями, но и другими импортерами из-за пределов союза.

Так, если проследить итоги 2019 года, то оказывается, что на российском рынке возобновился рост поставок преимущественно европейского вина. Свои позиции восстановили Испания (+44% к объемам 2018 года), Италия (+10,6%) и Франция (+6,1%). Кроме того, увеличился импорт вин из Грузии (+13,9%) и Молдавии (+81%). Именно эти пять стран, а вместе с ними и Украина, продолжают оставаться главными импортёрами вина не только в Россию, но и на территорию всего ЕАЭС. При этом та же Украина, как и Россия, за последние годы стала все больше экспортировать свою продукцию в соседнюю Белоруссию. Оборот же импортного вина в Армении или Киргизии настолько мал, что степень его влияния на общий рынок данной продукции в этих странах крайне незначительна. В отличие, например, от Казахстана, где около 40% рынка вина приходится на импорт, а наиболее крупными импортёрами, как и в случае с Белоруссией и Киргизией, являются Молдавия и Грузия.

Несмотря на все вышеперечисленное, нельзя отрицать того факта, что странам ЕАЭС необходимо продолжить поиск наиболее приемлемых путей для решения существующих проблем в вопросе оборота алкогольной продукцией на территории объединения. Создание условий для устойчивой и честной конкуренции в рамках Союза позволит его участникам не только успешно конкурировать с иностранными производителями алкоголя, но и развивать данное направление на национальном уровне. Это, в свою очередь, приведет к производству более качественной продукции и, как следствие, снизит неблагоприятные социальные последствия потребления алкоголя.

Рейтинг Ритма Евразии:   1 1
903
Новости и события
Мы в социальных сетях
Выбор редакции
Документы
Теги
«Заполярный Транссиб» COVID-19 G20 G7 Human Rights Watch OPAL Stratfor SWIFT Wikileaks «35-я береговая батарея» «Saber Strike-2015» «Белая книга» «Евразийская экономическая перспектива» «Жұлдыздар отбасы. Аңыз адам» «Исламское государство» «Меджлис» «Мир без нацизма» «Правый сектор» «Русская школа» «Свобода» «Северный поток-2» «Сила Сибири» «Славянский базар» «Турецкий поток» «Хизб ут-Тахрир» «Южный поток» АБИИ Абхазия Азербайджан Андрей Тарковский АПК Арктика Армения АрМИ АСЕАН Атамбаев АТО АТР АТЭС Афганистан АЭС Байкал Байконур Бандера Белоруссия Бессарабия Ближний Восток Болгария БРИКС Ватикан Ваффен СС Ваффен-СС Великая Отечественная война Великая Победа Великобритания Венгрия ВОЗ Восточное партнёрство ВПК ВТО Вторая мировая война Вьетнам Гагаузия Газпром Галиция Германия ГЛОНАСС Греция Грузия ГУАМ Дальний Восток Демография Дивизия СС «Галичина» ДНР Додон Донбасс Дордой ЕАБР ЕАСТ ЕАЭС ЕБРР Евразия Global ЕврАзЭС Египет ЕС ЕСПЧ ЕЭК ЕЭП Жээнбеков Закарпатье Зеленский ЗСТ ИГИЛ Израиль Индия Индонезия Ирак Иран Ислам Италия Казахстан Карабах Каримов Карпатская Русь Каспий Киево-Печерская Лавра Киргизия Китай КНДР Костюшко Красносельский Крым КСОР Кыргызгаз Лавров Латвия Литва ЛНР Лукашенко МАГАТЭ Македония Манас МВФ Медведев Междуморье Мексика Меркель Меркосур миграция Мирзиёев Молдова Монголия Назарбаев НАТО нацизм Николай II Новороссия НОД НПО ОБСЕ Одесса ОДКБ ОИС ООН Оренбург ОТЛК ОУН ОУН–УПА ОЧЭС ОЭС Пакистан ПАСЕ Первая мировая война Польша Порошенко Православие Пржевальский Прибалтика Приднестровье Путин Рахмон РВСН Россельхознадзор Россия Ростсельмаш РПЦ Румыния русины Русский язык Саргсян Сахалин СБУ Севастополь Сербия Сингапур Сирия Следственный комитет России СНГ соотечественники Союзное государство СССР Столыпин США Таджикистан Таиланд Талибан ТАПИ Татарстан Токаев Тоомас Хендрик Ильвес Трамп ТС ТТП Тунис Туркменистан Турция Узбекистан Украина УНА–УНСО УПА УПЦ КП УПЦ МП Фашизм Финляндия ФМС Франция Центральная Азия ЦРУ Чехия Чечня Чили Шелковый путь Шойгу ШОС Шухевич Экология энергетика Эстония Югославия Южная Осетия ЮКОС ЮНЕСКО ЮНИДО ЮТС Япония
Видеоматериалы
все видеоматериалы

* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: Международное религиозное объединение «Нурджулар», Международное религиозное объединение «Таблиги Джамаат», Международное общественное объединение «Национал-социалистическое общество» («НСО», «НС»), Международное религиозное объединение «Ат-Такфир Валь-Хиджра», Международное объединение «Кровь и Честь» («Blood and Honour/Combat18», «B&H», «BandH»), Украинская организация «Правый сектор», Украинская организация «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО), Украинская организация «Украинская повстанческая армия» (УПА), Украинская организация «Тризуб им. Степана Бандеры», Украинская организация «Братство», Общероссийская политическая партия «ВОЛЯ», «Высший военный Маджлисуль Шура Объединенных сил моджахедов Кавказа», «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана», «База» («Аль-Каида»), «Асбат аль-Ансар», «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»), «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»), «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»), «Партия исламского освобождения» («Хизб ут-Тахрир аль-Ислами»), «Лашкар-И-Тайба», «Исламская группа» («Джамаат-и-Ислами»), «Движение Талибан», «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»), «Общество социальных реформ» («Джамият аль-Ислах аль-Иджтимаи»), «Общество возрождения исламского наследия» («Джамият Ихья ат-Тураз аль-Ислами»), «Дом двух святых» («Аль-Харамейн»), «Джунд аш-Шам» (Войско Великой Сирии), «Исламский джихад – Джамаат моджахедов», «Аль-Каида в странах исламского Магриба», «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), Джебхат ан-Нусра, Международное религиозное объединение «АУМ Синрике».


При полном или частичном использовании материалов сайта «Ритм Евразии» активная гиперссылка
на главную страницу www.ritmeurasia.org приветствуется.

Точка зрения редакции может не совпадать с мнением авторов.

Яндекс.Метрика