Афганистан, Каспий и региональная безопасность – зачем приезжал Путин в Центральную Азию - Ритм Евразии
Информационно-аналитическое издание, посвященное актуальным проблемам интеграции на постсоветском пространстве
Сегодня: 27.09.2022 |

Афганистан, Каспий и региональная безопасность – зачем приезжал Путин в Центральную Азию

Двухдневный визит Владимира Путина в Таджикистан и Туркменистан стал первой зарубежной поездкой российского президента после начала спецоперации 24 февраля. Обе эти страны граничат с Афганистаном, где нарастают угрозы начала новой гражданской войны. По мнению экспертов, пока идет конфликт на Украине, Россия стремится всеми силами обезопасить свой южный фланг.

В Таджикистане президент России провел переговоры со своим коллегой Эмомали Рахмоном, стороны скудно прокомментировали предмет переговоров, но проблематика Афганистана сейчас очевидно стоит на первом месте. Кроме того, очаги конфликтов в Центральной Азии тоже вызывают обеспокоенность российского руководства.

В интервью «Ритму Евразии» директор Центра политических инициатив «Маъно» Бахтиёр Эргашев высказал свой взгляд на особенности внешней политики России в Центральной Азии, на которую приходится обращать пристальное внимание из-за стремительно меняющихся геополитических условий.

– Бахтиёр Исмаилович, почему первой страной для зарубежного визита Владимира Путина после 24 февраля был выбран Таджикистан? Это как-то связано с положением в соседнем Афганистане?

– Во всяком сложном политическом процессе не может быть одна причина, там всегда множество факторов. Сейчас всеми экспертами отмечается две позиции, которые страны Центральной Азии выработали в отношении Афганистана, где почти год назад власть захватило движение «Талибан»*. Первая позиция – это позиция Узбекистана: официально не признавать (подобно всему мировому сообществу) правительство талибов, однако при этом Ташкент старается проводить конструктивную политику, заключающуюся в том, что соседей не выбирают и с соседями надо в любом случае общаться, сотрудничать, работать.

Если с соседом у тебя общая граница, то, учитывая серьезные гуманитарные проблемы, которые есть в Афганистане, надо искать возможности помогать в гуманитарных вопросах простым афганцам. Без этого ситуация там будет только ухудшаться и приведет к гуманитарной катастрофе, там уже фактически голод. Плюс у Узбекистана есть серьезный транспортный проект – это строительство трансафганского железнодорожного коридора по маршруту Мазар-Шариф – Кабул – Пешавар. Поэтому Узбекистан изначально выбрал позицию конструктивных отношений. С талибами нужно взаимодействовать, игнорирование их или противостояние с ними сейчас не самая лучшая идея.

Есть и другая позиция, которая представлена руководством Республики Таджикистан – не признавать правительство «Талибана» и жестко им противостоять, поддерживать антиталибские оппозиционные силы. Исходя из этого, как мне представляется, Владимир Путин во время визита в Таджикистан обсуждал с руководством этой страны афганский вопрос, который всегда актуален для нашего региона и который нужно решать. К тому же не надо забывать, что Таджикистан входит в ОДКБ, там расположена крупнейшая зарубежная (российская) военная база.

Все эти важные вопросы необходимо было обсудить по пути на Каспийский саммит, и, как мне представляется, эти вопросы были обсуждены. Также, я полагаю, В. Путину было интересно из первых уст получить информацию от Э. Рахмона о том, что же происходит в Горном Бадахшане, где до сих пор проходят столкновения между правительственными и оппозиционными силами.

Конечно же, были и вторичные темы для обсуждения, например, как Таджикистан будет вести себя в случае усиления санкционного давления Запада? Пойдут ли страны Центральной Азии на нарушения санкционного режима, рискуя получить так называемые вторичные санкции и т. д.?

– Многие эксперты считают, что Путин приехал оказать давление на Рахмона для того, чтобы тот примирился с талибами и прервал связи с афганским оппозиционером Ахмадом Масудом-младшим. Правдоподобно ли это?

– Россия, как великая держава, имеющая свои интересы в том числе в регионе Центральной Азии и вокруг него, принципиально не может вести плоскую, одноаспектную политику. Внешняя политика ведущих глобальных держав всегда многоаспектна, и они играют на разных полях, а если играют на одной площадке, то могут играть с разными игроками.

Обратите внимание, как американцы после позорного побега, который назывался выводом войск США из Афганистана, сейчас активно возвращаются в Афганистан. Буквально на днях пошли разговоры о возможности возвращения части золотовалютных резервов Национального банка Афганистана, которые были арестованы на Западе с подачи США. То есть они играют и с «Талибаном», и с другими политическими силами, то же самое делает и Россия. Мне как эксперту смешно, когда мне говорят, что Москва реализует линию поддержки правительства талибов.

На самом деле, это может не очень заметно, но Россия ведет определенную игру и с антиталибскими силами, которые возглавляет Ахмад Масуд-младший. Есть и другие силы, с которыми работает Россия. Это малые и средние страны, которые зачастую вынуждены выбирать одного игрока, работать только с ним, а работа великих держав в тех или иных странах всегда многоаспектна.

Я не думаю, что Путин просил Таджикистан снизить градус антиталибской риторики. Зачем? Душанбе имеет право проводить свою внешнюю политику, Россия может в чем-то соглашаться, в чем-то нет. В таком случае почему бы не дать Таджикистану поиграть на афганском поле в антиталибские игры? В этом смысле не было необходимости жестко давить на Рахмона, чтобы он смягчил свою позицию в отношении талибов и прекратил поддерживать таджикские оппозиционные силы в Афганистане.

– Визит в Туркменистан, который тоже граничит с Афганистаном, связан с действиями «Талибана» на южных рубежах?

– В Туркменистане проходил форум прикаспийских государств, и, несомненно, проблематика Афганистана всегда обсуждается на любых саммитах нашего региона, но я думаю, что проблематика талибов не была на первом плане. Саммит прикаспийских государств интересен сам по себе. Там обсуждали серьезные вопросы как в сфере безопасности, так и в сфере экономики, касающиеся напрямую прикаспийских стран.

– Во время саммита стороны подтвердили соглашение не допускать иностранные военные корабли в Каспийское море. Для чего было сделано это заявление?

– Любое соглашение имеет свои пределы, если какое-то государство захочет его нарушить, то оно всегда найдет причину и повод для этого. Весь вопрос в том, есть ли у других стран потенциал, чтобы остановить движение в эту сторону. Если какое-либо из каспийских государств, например Азербайджан или Казахстан, захотят проводить военные учения с участием некаспийских государств, то это вызовет серьезную негативную реакцию со стороны России и Ирана. В этом случае странам нужно делать выбор: либо проводить какие-то военно-морские учения на Каспии с участием вооруженных сил некаспийских стран и испортить отношения с Москвой и Тегераном, или не проводить. Россия и Иран категорически выступают за то, чтобы в Каспийском море не находились военные из некаспийских стран.

Понятно, что если какая-то страна захочет нарушить установившийся баланс, то она должна серьезно подумать о последствиях, насколько сильно ей это нужно. Стоит ли проводить эти учения ценой испорченных отношений с соседями по Каспию? Так что это вопрос выбора приоритетов внешней политики.

– Казахстан и Азербайджан воспользовались площадкой саммита, чтобы еще раз обсудить транскаспийский транзит грузов через Каспийское море. Другие страны Центральной Азии тоже будут стараться экспортировать свои грузы через Каспий в обход России?

– Я лично являюсь большим сторонником большого Транскаспийского транспортного коридора, который бы соединял страны Центральной Азии через Каспийское море с Азербайджаном и дальше с Грузией и Турцией. Это даст возможность выхода грузов с востока Каспия на порты Черного и Средиземного морей. Это очень перспективное направление. После строительства южно-кавказского железнодорожного коридора Баку – Тбилиси – Карс возможности для реализации транспортных проектов через Транскаспийский коридор сильно усилились.

Например, во время недавнего визита Ильхама Алиева в Узбекистан одной из обсуждаемых тем тоже был вопрос увеличения грузопотока между Узбекистаном и Азербайджаном. Это очень важное направление сотрудничества двух стран, и, как мне представляется, оно будет только расти и развиваться вне зависимости от геополитических трансформаций, которые начались с 24 февраля.

Страны региона заинтересованы в налаживании транспортных коридоров, таких альтернатив должно быть много, они будут дополнять друг друга и обеспечивать безопасность движения грузов от всяких геополитических неожиданностей. Да, этот маршрут транскаспийского коридора является более дорогим по сравнению, например, с перевозками грузов из Китая через Казахстан, Россию и Беларусь с выходом на страны ЕС. Да, он более мультимодален, но этот маршрут должен был появиться и существовать.

Серьезный позитивный толчок этот маршрут получит, если всё-таки начнется строительство железной дороги Китай – Кыргызстан – Узбекистан. Если договорятся и построят этот железнодорожный коридор, то тогда определенная часть китайских товаров может идти в Южную Европу, страны Ближнего Востока и Северной Африки по этому маршруту прямо до Средиземного моря. Этот проект нужно рассматривать вне событий 24 февраля и всего того, что последовало затем. Это долгосрочный стратегический проект, который начался несколько лет назад и не изменится.

– Западные военные аналитики регулярно пугают, что в этом году в Центральной Азии ожидаются масштабные беспорядки. Являлся ли визит Путина демонстрацией, что двум наиболее бедным странам региона Россия окажет поддержку, как она оказала Казахстану?

– Не только западные военные аналитики регулярно дают прогнозы о возможном ухудшении ситуации в Центральной Азии в силу различных причин. Одни видят проблемы в трансграничных вопросах, другие – в экологических вопросах (уменьшение водного потока общих рек), что может привести к серьезным проблемам во взаимоотношениях, третьи видят социальные проблемы. Четвертые, более умные аналитики говорят об угрозах исламского джихадистского подполья, которое может вспыхнуть в любой момент, особенно если поднести спичку из Афганистана в виде вторжения отрядов террористических организаций.

В регионе есть много проблем, обострение которых может привести к тому, что ситуация взорвется. В то же время России, как и Китаю не нужна пылающая Центральная Азия. Регион находится у них под боком, и они заинтересованы в его стабильности. Я думаю, у Москвы и Пекина хватит потенциала, чтобы останавливать попытки дестабилизации стран Центральной Азии.

Читайте нас в: Яндекс.Дзен и Telegram

Рейтинг Ритма Евразии:   1 1
1847
Новости и события
Мы в социальных сетях
Выбор редакции
Документы
Теги
«Заполярный Транссиб» COVID-19 G20 G7 Human Rights Watch OPAL Stratfor SWIFT Wikileaks «35-я береговая батарея» «Saber Strike-2015» «Белая книга» «Евразийская экономическая перспектива» «Жұлдыздар отбасы. Аңыз адам» «Исламское государство» «Меджлис» «Мир без нацизма» «Правый сектор» «Русская школа» «Свобода» «Северный поток-2» «Сила Сибири» «Славянский базар» «Турецкий поток» «Хизб ут-Тахрир» «Южный поток» АБИИ Абхазия Азербайджан Андрей Тарковский АПК Арктика Армения АрМИ АСЕАН Атамбаев АТО АТР АТЭС Афганистан АЭС Байкал Байконур Бандера Белоруссия Бессарабия Ближний Восток Болгария БРИКС Ватикан Ваффен СС Ваффен-СС Великая Отечественная война Великая Победа Великобритания Венгрия ВОЗ Восточное партнёрство ВПК ВТО Вторая мировая война Вьетнам Гагаузия Газпром Галиция Германия ГЛОНАСС Греция Грузия ГУАМ Дальний Восток Демография Дивизия СС «Галичина» ДНР Додон Донбасс Дордой ЕАБР ЕАСТ ЕАЭС ЕБРР Евразия Global ЕврАзЭС Египет ЕС ЕСПЧ ЕЭК ЕЭП Жээнбеков Закарпатье Зеленский ЗСТ ИГИЛ Израиль Индия Индонезия Ирак Иран Ислам Италия Казахстан Карабах Каримов Карпатская Русь Каспий Киево-Печерская Лавра Киргизия Китай КНДР Костюшко Красносельский Крым КСОР Курильские острова Кыргызгаз Лавров Латвия Литва ЛНР Лукашенко МАГАТЭ Македония Манас МВФ Медведев Междуморье Мексика Меркель Меркосур миграция Мирзиёев Молдова Монголия Назарбаев НАТО нацизм Николай II Новороссия НОД НПО ОБСЕ Одесса ОДКБ ОИС ООН Оренбург ОТЛК ОУН ОУН–УПА ОЧЭС ОЭС Пакистан ПАСЕ Первая мировая война Польша Порошенко Православие Пржевальский Прибалтика Приднестровье Путин Рахмон РВСН Россельхознадзор Россия Ростсельмаш РПЦ Румыния русины Русский язык Саргсян Сахалин СБУ Севастополь сельское хозяйство Сербия Сингапур Сирия Следственный комитет России Словакия СНГ соотечественники Союзное государство СССР Столыпин США Таджикистан Таиланд Талибан ТАПИ Татарстан Токаев Тоомас Хендрик Ильвес Трамп ТС ТТП Тунис Туркменистан Турция Тюркский совет Узбекистан Украина УНА–УНСО УПА УПЦ КП УПЦ МП Фашизм Финляндия ФМС Франция хлопок Центральная Азия ЦРУ Чехия Чечня Чили Шелковый путь Шойгу ШОС Шухевич Экология энергетика Эстония Югославия Южная Осетия ЮКОС ЮНЕСКО ЮНИДО ЮТС Япония
Видеоматериалы
все видеоматериалы

* Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: Международное религиозное объединение «Нурджулар», Международное религиозное объединение «Таблиги Джамаат», меджлис крымско-татарского народа, Международное общественное объединение «Национал-социалистическое общество» («НСО», «НС»), Международное религиозное объединение «Ат-Такфир Валь-Хиджра», Международное объединение «Кровь и Честь» («Blood and Honour/Combat18», «B&H», «BandH»), Украинская организация «Правый сектор», Украинская организация «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО), Украинская организация «Украинская повстанческая армия» (УПА), Украинская организация «Тризуб им. Степана Бандеры», Украинская организация «Братство»,  Полк  «Азов», «Айдар», Общероссийская политическая партия «ВОЛЯ», «Высший военный Маджлисуль Шура Объединенных сил моджахедов Кавказа», «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана», «База» («Аль-Каида»), «Асбат аль-Ансар», «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»), «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»), «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»), «Партия исламского освобождения» («Хизб ут-Тахрир аль-Ислами»), «Лашкар-И-Тайба», «Исламская группа» («Джамаат-и-Ислами»), «Движение Талибан», «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»), «Общество социальных реформ» («Джамият аль-Ислах аль-Иджтимаи»), «Общество возрождения исламского наследия» («Джамият Ихья ат-Тураз аль-Ислами»), «Дом двух святых» («Аль-Харамейн»), «Джунд аш-Шам» (Войско Великой Сирии), «Исламский джихад – Джамаат моджахедов», «Аль-Каида в странах исламского Магриба», «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), Джебхат ан-Нусра, Международное религиозное объединение «АУМ Синрике».


При полном или частичном использовании материалов сайта «Ритм Евразии» активная гиперссылка
на главную страницу www.ritmeurasia.org приветствуется.

Точка зрения редакции может не совпадать с мнением авторов.

Яндекс.Метрика